Книга Злодейка и князь, который ее убил, страница 21 – Юлия Архарова

– Не уверена, – прошептала я.

Внимательные глаза командира осматривали нас, а потом уцепились за подол ханьфу, выглядывающий из-под плаща.Весьма приметного синего ханьфу, расшитого журавлями.

– Молодая госпожа?.. – спросил он и с неожиданной ловкостью для человека его телосложения спрыгнул с коня. Бросился к нам. Схватил Шао за недоуздок, а другую руку протянул ко мне: – Это я, Гуй Цзя, помните меня? Я десятник у вашего отца.

Разумеется, никакого Гуй Цзя я не помнила и в помине.

– Просто Лин, значит, – горько усмехнулся У Мин.

Его рука сжалась на талии. Я резко втянула воздух сквозь сжатые зубы. У Мин почувствовал, что сделал мне больно, и ослабил хватку.

– Что ж, вероятно, это судьба, – с какой-то непонятной иронией произнес он. – Лин-мэй, удачного возвращения в лоно семьи.

А затем холодно, чеканя каждое слово, добавил:

– Ваша молодая госпожа повредила лодыжку и не может идти.

Осторожно, как величайшую драгоценность, Гуй Цзя подхватил меня на руки.

И в тот же миг У Мин ударил коня пятками и скомандовал:

– Шао, вперед!

Конь сорвался с места.

– Не отпускать живым! – приказал Гуй Цзя.

– Нет! Он спас меня! Нет!.. – закричала я, но из горла вырвался лишь хриплый шепот, который потонул в грохоте сражения.

Жалобно заржал Шао – арбалетный болт вонзился ему в круп. У Мин спрыгнул с падающего коня, крутанувшись в воздухе, ушел от нескольких болтов. И тут же на скрещенный меч и ножны принял копье. Пнул ногой в живот, отшвыривая чересчур ретивого стражника. Отбил еще один болт и невероятным образом прогнулся, пропуская над собой копье. Оттолкнувшись от земли, взвился в воздух. Ударил одного из нападавших ножнами по шее, ломая позвонки, а другого рубанул по груди – меч рассек лакированную кожу, как бумагу…

Я пыталась вырываться. Билась и царапалась, как дикая кошка.

Кричала. Молила. Приказывала. Пока окончательно не сорвала голос и не смогла даже шептать.

Ледяные пальцы Гуй Цзя резко надавили на мое запястье, затем нашли точки в основании черепа и в районе ключицы. Голова закружилась, веки стали свинцовыми.

Последнее, что я услышала, было:

– Простите, молодая госпожа. Это для вашего блага.

* * *

Когда пришла в себя, то, словно кукла, сидела в кресле. На низком столике передо мной стояли всевозможные лечебные и косметические снадобья, лежали гребни и заколки для волос. А вокруг суетились служанки и лекарь Ван. Старик втыкал в меня иголки. Девушкинаносили макияж, делали прическу, пытались привести в порядок ногти и сделать царапины на руках менее заметными. Руководила слугами Фань По. Ее лоб, нарушая строгий образ дамы, перехватывала повязка.

Значит, я все-таки вернулась в лоно семьи…

Заметив, что я открыла глаза, наставница воскликнула:

– Лин-эр!.. – но тут же, вспомнив, что мы не одни, изменила тон на официальный: – Госпожа Тяньлин, все закончилось. Вы в безопасности. Как себя чувствуете?

Я открыла рот, но Фань По тут же остановила меня.

– Нет-нет! Ничего не говорите. Вам нельзя!

– Где?.. – начала я и даже сама не расслышала свой голос.

– Госпожа Тяньлин, – взмолился лекарь, – вам нельзя говорить! У вас сильно травмировано горло. Вы можете потерять голос! Навсегда!..

Я схватила старика за рукав, притянула к себе. Прошипела ему на ухо:

– Гуй Цзя… Позовите Гуй Цзя…