Книга Она и зверь. Том 3, страница 126 – Maginot

Теперь Джесси смотрела на него с непроницаемым выражением.

Потом прошептала едва слышно:

– Я не понимаю… почему вы все это говорите.

Но второе признание далось Артуру легче.

Он поднял взгляд и продолжил, не отводя глаз:

– Я был слишком узколобым. Заявлял, что забочусь о тебе, а на самом деле просто не хотел видеть правду. Не хотел видеть, что ты права, а я – нет.

– Неожиданно… честное признание. – И в уголках ее губ мелькнула тень улыбки.

Заметив это, Артур смутился и потер внезапно зардевшуюся щеку.

– Ты талантливее большинства парней здесь, – сказал он, голос стал чуть тише, но тверже. – Наверняка будешь выдающимся мечником. Я так считаю еще с тех пор, как мы вернулись из Веллуа. Поэтому и помогал с поединками, поправлял технику… Я хотел быть хоть в чем-то полезным.

Джесси молчала, но в сердце что-то дрогнуло.

– Не уходи из-за меня, – добавил Артур почти умоляюще. – Я больше не буду таким. Обещаю.

Она не ожидала от Артура столь исповедальной речи. Джесси обомлела, горло сжалось.

Затем она заговорила – уже спокойнее, но все еще с твердой ноткой:

– Я ухожу не из-за вас. Ваши извинения… они ничего не изменят.

Есть вещи, которые не исправить. Джесси давно не питала иллюзий, что будет способна в одиночку переубедить орден. Артур сдался отчасти, но лишь потому, что его принципы еще не успели закостенеть намертво, как у других рыцарей. А застарелые предрассудки несколькими фразами не выкорчевать.

Артур округлил глаза. До этой секунды парень свято верил, что именно он – главная причина ее решения уйти из Аталленты. Думал: помирятся – и она останется.

– Я заставлю ублюдков заткнуться раз и навсегда, – выпалил он торопливо. – Я… помогу тебе. Обещаю.

– И каким, интересно, способом? – негромко осведомилась Джесси. В ее вопросе сквозила усталая горечь.

Артур заморгал. Ответа не было. И не могло быть: незримая стена, о которую бились головой Джесси и даже Астина, осталась. Выхода не найти.

Он стоял внизу, запрокинув голову, а Джесси смотрела на него без малейшей искры надежды в глазах. В ее взоре была только пустота и непоколебимая, окончательная решимость.

Но вскоре Артур приободрился.

Он выпятил подбородок и без малейших сомнений заявил:

– Я все улажу. – Артур упорно пытался не фиксироваться на ее удивленном взгляде, словно боялся, что в любой момент может дать слабину и пойти на попятную.

А потом резко выхватил что-то из кармана и кинул прямо в открытое окно.

Джесси рефлекторно поймала стеклянный пузырек, прохладный на ощупь.

– Это жаропонижающее, – быстро объяснил юноша. – Выпей и хорошенько выспись. Не хватало тебе еще свалиться с температурой. – Голос его звучал нарочито энергично, почти вызывающе: Артур торопился скрыть неловкость, охватившую все его существо.

Спустя секунду он развернулся и зашагал прочь, не оглядываясь. Что он вообще собрался делать? И зачем притащил лекарство, если она даже не простужена?

Сплошные загадки. Но Артур уже уходил, окликать его было бесполезно. Джесси ощутила странное тепло в груди. Девушка еще немного постояла, глядя ему вслед. И закрыла окно.

Джесси поставила пузырек на подоконник и легла в постель. Но уснуть не могла. Она сплела пальцы на животе и уставилась в потолок.

Разглядывая резные узоры, она тихо рассмеялась: