Книга Она и зверь. Том 3, страница 22 – Maginot

– Ты хороший человек, Бенджамин. Ты сможешь встретить кого-то лучше, чем я, – глядя ему в глаза, сказала Астина со всей искренностью, на какую только была способна. И мягко закончила: – Поэтому, пожалуйста… дай это обещание кому-то более дорогому. Кому-то, кто сможет его принять.

От решимости в голосе Астины лицо Бенджамина исказилось. Он еле слышно прошептал:

– Ты не можешь дать мне хотя бы шанс?

Астина застыла.

– Если ты когда-нибудь расстанешься с эрцгерцогом… Может быть, ты сможешь прийти ко мне… – Он сделал рваный вдох. – Я не могу надеяться даже на это?

Астина уже открыла было рот, пытаясь найти подходящие слова, но не успели они слететь с ее уст, как кто-то другой прервал это мучительное молчание.

– Не знал, что у нового принца есть грязная привычка соблазнять замужних женщин.

Бенджамин резко обернулся на звук ледяного голоса, и Астина увидела, как удивление на миг исказило его черты. Ее же лицо окрасило чувство вины. Тяжелую штору отдернули с такой силой, что кольца на карнизе звякнули. В проеме стоял эрцгерцог.

Бенджамин растерянно застыл из-за появления супруга той, кому он только что признавался в любви. Однако растерянность эта длилась лишь мгновение.

Бенджамин выпрямился, и в его глазах вспыхнул вызов. Он прекрасно знал о фиктивности этого брака – о контракте, который связывал Астину с эрцгерцогом лишь на бумаге. И теперь, когда боль отказа все еще терзала его изнутри, эта мысль придала ему смелости.

«У него нет права, – пронеслось в голове Бенджамина. – У этого человека нет права претендовать на ее сердце».

Мужчина, который подверг свою жену опасности, который едва не погубил ее, не заслуживал называться достойным супругом.

Пристально, с вызывающей дерзостью глядя эрцгерцогу прямо в глаза, Бенджамин саркастично отчеканил:

– Грязная привычка, говорите? Негодяю, который купилневесту, не стоит так говорить, эрцгерцог.

– Бенджамин!

Астина попыталась выйти вперед и примирить их, но Териод оказался быстрее. С окаменевшим лицом он решительно приблизился к принцу. Хоть в его руках и не было того, чем можно было бы нанести вред, походка его выглядела крайне угрожающей. Бенджамин был высок, но Териод был еще выше. Глядя на соперника сверху вниз, эрцгерцог мрачно процедил:

– Если бы вам был ведом стыд, вы бы уже сами отступили.

– Мои чувства не настолько слабы, чтобы я поджал хвост и убежал от соперника.

Услышав колкое замечание Бенджамина, Териод усмехнулся и, насмешливо приподняв бровь, парировал:

– Ваше высочество, это выглядит жалко.

– Что? – скривил лицо Бенджамин.

Не стирая насмешливой улыбки с губ, Териод ответил:

– Как ни старайтесь, произошедшее только что было не более чем грязной манипуляцией. Желать чужую жену? Даже бесстыдство должно иметь пределы. Разве принцу можно пасть так низко?

Не ожидая от Териода подобной резкости, Астина растерялась. Териод, которого она знала, не был груб с людьми. Она впервые видела его настолько взбешенным. И, опешив, даже не успела остановить их перепалку. Первым пришел в себя Бенджамин. Взяв себя в руки, максимально ядовитым тоном он спросил:

– Как думаете, сколько это продлится?

– Что?

– Астина говорила мне, что намерена развестись с вами в течение года. И она не из тех, кто легко меняет однажды принятое решение. – Этот удар не остался незамеченным. Бенджамин восстановил самообладание и улыбнулся. Словно насмехаясь над эрцгерцогом, который отнял у женщины свободу за деньги, он продолжил: – Радуйтесь этому маленькому шансу, но не забывайте, что радоваться вам осталось недолго.