Книга Второй шанс для матери-злодейки, страница 64 – Диана Маш

Воодушевлённый поддержкой прохожих, Баоцзы нисколько не растерялся.

— Я не пелепутал. Я всё слышал. Вы с теми тётями, — он ткнул толстеньким пальчиком в сторону стоявших поодаль девушек, — лугали мою маму. Говолили, что она толстая, называли плостушкой. А это невежливо. Такие плохие слова, выходя из вашего лта, делают вас очень-очень некласивой.

Выражение лица Чен Юйси сделалось мрачным. Раздражение в ней переросло в настоящую злость. Но прежде чем она снова смогла открыть рот и отчитать ребёнка, он продолжил:

— Моя мама совсем не толстая, а даже очень класивая. Намного класивее вас…

Закончив свою обличительную речь, Баоцзы собрался развернуться на своих коротеньких ножках, чтобы совершить стратегическое отступление, но не успел. Вдруг раздался яростный крик:

— Ах ты, мелкий паршивец!

Чен Юйси замахнулась и толкнула ребёнка. Баоцзы покачнулся и приземлился прямо на попу. Маленькие глазки сразу же покраснели. Из них брызнули горькие слезы.

— У-у-у, дяденьки, тётеньки, сколее помогите! — захныкал он, обращаясь к собравшимся вокруг них людям. — У-у-у, малыша обижают, малыша обижают!

[1] В Китае, подруги-одногодки часто обращаются друг к другу повторяя имена дважды. Если имя двусложное (как Юй+Си), сокращают его до одного слога и тоже повторяют дважды. Считается, что это звучит очень мило.

[2] В Китае фраза «зеленый чай», помимо прямого значения, имеет также и сленговое — так называют людей, которые притворяются добрыми и простыми, но на самом деле расчетливые и коварные личности, стремящиеся к личной выгоде.

К этому моменту вокруг девушек и маленького Баоцзы уже собралась толпа спешащих на работу людей. При виде плачущего ребёнка даже у самых стойких сжалось сердце. Снимающих происходящее на камеру телефонов стало ещё больше. Несколько женщин вышли из толпы и подбежали к малышу, пытаясь его утешить. Кто-то уже звонил в полицию. Кто-то громко ругал Чен Юйси.

— Такая взрослая, а обижаешь ребёнка, как тебе не стыдно? Немедленно извинись! — У тебя с головой всё в порядке? Вызовите ей врача, пусть проверит! — Снимайте все, пусть «прославится»! Выставим эту невоспитанную на всеобщее обозрение! — неслось из толпы, и десятки рук с телефонами поднялись ещё выше, стараясь запечатлеть унижение злой девушки.

Чен Юйси стояла посреди этого хаоса, почти топая ногами от бессилия. Её подруги, растерянные и бледные, абсолютно бесполезные в такой ситуации, отошли от неё подальше.

Ей хотелось закричать в ответ, что этот несносный ребёнок сам во всём виноват, что это он её спровоцировал. А если они не угомонятся и продолжат оскорбления, она позвонит отцу. Он быстро всех разгонит.

Но слова застряли у неё в горле плотным комом беспомощной ярости. Учитывая камеры, если она такое скажет, то прежде всего навлечёт позор на свою семью. Отец никогда ей этого не простит.

Внезапно толпа расступилась. Сквозь людское кольцо уверенно прошёл молодой мужчина в полицейской форме. Выражение лица у него было серьёзным и невозмутимым — отработанное годами разрешения уличных конфликтов.

— Что здесь происходит? — спокойный и твёрдый голос на мгновение перекрыл людские крики. — Почему ребёнок плачет? Кто может объяснить?

— Эта тётя... — всхлипнул Баоцзы, которого одна из женщин гладила по дрожащей круглой спинке, показывая на Чен Юйси. — Она меня толкнула. У-у-у. Я упал. Мне больно.