Книга Второй шанс Виктории, страница 103 – Наталья Смеречинская

— Поедем домой, Виктория, — предложил он, его голос был таким нежным, что я ощутила, как моя тревога начала растворяться. — В дом леди Виллоуби. Ты заслуживаешь тишины и покоя.

Я кивнула, вытирая ладонью мокрые щеки. Он взял мою руку в свою, чуть сжал, как будто подтверждая свои слова, и повёл меня к выходу. Мы шли рядом, молча, но в этом молчании было всё: его обещание и моя благодарность.

* * *

7 месяцев спустя.....

Парламент гудел, словно улей, погружённый в привычную суету. Размеренный, сосредоточенный рой, занятый своей ежедневной работой.

Лорды неспешно переговаривались между собой, и хотя суд уже длился не меньше часа, никто явно не собирался спешить. Более того, никто не собирался обращать внимание на меня.

И правда, что интересного в одинокой сироте, не способной, по сути, защитить свои права?

Лишь только лорд Чарльз Чартерис, виконт Равенстоун, бросил на меня один торжествующий взгляд и снова вернулся к разговору с лордом-канцлером.

Похоже, троюродный дядюшка искренне верил, что титул графа Эшвуда, моё наследство и я сама у него в кармане.

Это неудивительно, учитывая, что, по мнению общества, я осталась абсолютно одна. Но это было меньшее из зол, которое могло случиться в этой ситуации.

Страшно сказать, но самоубийство Арчибальда и явное безумие Маргарет спасло наше имя от ещё более громкого скандала. Её величестворешила оставить все грязные тайны под одеялом и приказала не раскрывать роль Эшвудов в истории со шпионажем.

Что спасло наше имущество и титул, но не гарантировало безопасность. Дальние родственники налетели, как стервятники. Титул графа был очень лакомым кусочком, а королева Виктория отдала решение на откуп парламенту, умыв руки.

Пока что лидировал виконт Равенстоун, самый неприятный и самый хваткий из всей стаи шакалов.

Я украдкой бросила взгляд на "дядюшку". Его лицо излучало удовлетворение, как у хищника, почувствовавшего запах крови. Наверное, он уже предвкушал, как займёт место графа, окружив себя напускной заботой и посулив поддержку "бедной сироте". Я была всего лишь придатком к наследству, таким же как дома, земли, картины и лошади.

Досадная помеха с большим приданым, которая ни в коем случае не должна уплыть из цепких рук.

Готова биться об заклад, мне уже нашли какой-то отдалённый домик, где меня закроют до конца жизни без надежды на замужество. А то и вовсе объявят сумасшедшей, как Маргарет, и упекут в Бедлам. Смотря на сколько хватит совести у виконта или его хваткой жены.

— Мисс Эшвуд, — голос молодого клерка вырвал меня из размышлений. — Прошу вас пройти и сесть. Скоро огласят решение.

Ну что же, послушаем достопочтенных лордов, призванных служить закону и защищать несправедливо обиженных.

Я спокойно прошла к указанному месту, стараясь не смотреть на насмешливые взгляды, что сопровождали меня. Виконт Равенстоун уже сел и сейчас усиленно перешёптывался с каким-то лордом, и их тихий смешок резанул ухо. Но я лишь мысленно усмехнулась. Ну-ну! Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

Клерк наклонился к лорду-канцлеру, что-то шепнул ему, передал лист бумаги, а затем занял своё место в стороне. Лорд-канцлер медленно поднялся, его фигура казалась внушительной и надменной, как и полагалось судье столь высокого уровня.