Книга Развод с императором. Лед истинности, страница 64 – Кристина Юраш

Он лежал неподвижно. Бледный. Так близко к смерти, что мне казалось, я вижу тень крыльев смерти у него за спиной.

— Ваше величество! — стража ворвалась в библиотеку, привлеченная криком. Доспехи звенели, голоса были испуганными.

— Позовите Клеофу! — я захлебывалась воздухом, пытаясь поднять его голову. Она была тяжелой, как тот камень, который я несла по улицам. — Быстрее! Бегите!

Мои пальцы дрожали, когда я коснулась его шеи. Пульс был. Слабый. Рваный.

“Нехорошо! Гемоглобин упал… Шоковое состояние… Сейчас бы…” — проносилось в мыслях.

А, черт! Здесь ничего, кроме магии, нет!

Но самое страшное было не это.

Тьма.

Она сочилась из раны на плече, оставленной черным огнем Иависа. Она была живой. Она пульсировала, впитывала свет магических светильников, делая воздух вокруг тяжелым и вязким.

Я не знала, что с ней делать.

— Госпожа… — стражник замялся, глядя на императора.

— Бегите, идиоты! — взвизгнула я, и в моем голосе прорезался ледяной звон, от которого они шарахнулись. — Если он умрет, вы умрете вслед за ним! Клеофу! Немедленно!

Они сорвались с места. А я осталась одна с ним. В тишине, нарушаемой только его хриплым, затрудненным дыханием.

— Иаред… — я гладила его по щеке, пытаясь согреть. Но моя ладонь была холодной, а его кожа становилась все холоднее. — Дыши… Постарайся не терять сознание… Смотри на меня и дыши… Сейчас мы разберемся… Слышишь?

Казалось, прошла вечность, прежде чем в коридоре застучали знакомые быстрые шаги. Клеофа влетела в комнату, сбивая плечом чудом уцелевший косяк. Ее очки съехали на кончик носа, седые волосы выбились изпучка.

Но когда она увидела плечо императора, вся ее суетливость исчезла. Лицо старухи покрылось нехорошей, тревожной бледностью.

— В покои его! — рявкнула она, и в этом крике было больше власти, чем в приказах самого императора. — Живо! Не здесь!

Стражники подхватили Иареда. Он скрипнул зубами даже в полубессознательном состоянии. Звук был таким, словно камень терся о камень. Его мышцы все еще были сведены судорогой боли.

— Ты с ним! — Клеофа ткнула в меня костлявым пальцем. — Не отходи ни на шаг. Следи за его состоянием. Я за зельями!

Она развернулась и побежала обратно, на бегу яростно расчесывая ногтями татуировку на предплечье. Я видела, как под кожей светится знакомый рисунок дяди.

— Дядя, я знаю, что ты специалист по проклятиям! — пробормотала она себе под нос и исчезла в коридоре. — Давай, излагай!

Мы понесли его в покои. Каждый шаг отдавался в моей груди эхом. Я бежала рядом, держа его за руку. Его пальцы были ледяными. Мой лед встречался с его холодом, и мне казалось, что я чувствую, как тьма пытается перепрыгнуть на меня через касание. Но я не отпустила.

В спальне императора уложили на кровать. Белоснежные простыни мгновенно впитали темные пятна с его плаща.

— Помогай! — Клеофа появилась словно из воздуха, с руками, полными флаконов и склянок.

Она свалила все это на одеяло.

Мы принялись снимать с него доспехи. Металл был обжигающе горячим в одних местах и ледяным в других. Когда мы добрались до рубахи, ткань присохла к ране. Я осторожно, стараясь не причинить лишней боли, потянула материал. Иаред застонал. Глухой, животный звук вырвался из его груди.

— Прости… — прошептала я, и слезы наконец покатились по щекам. Горячие. Живые.