Книга Развод с императором. Лед истинности, страница 63 – Кристина Юраш

Иаред оказался рядом со мной за мгновение. Его руки, горячие, как раскалённое железо, обхватили меня, отстраняя от брата. Он смотрел на мою шею, где уже темнели синяки от пальцев.

— Ингрид… — в его голосе не было власти. Был страх.

И тут меня накрыло.

Лёд отступил. Не исчез полностью, но трещина прошла сквозь него, широкая и глубокая. Вся боль, что была во мне, хлынула наружу.

Горло горело огнём. Грудь ломило от судорожного вдоха. Слёзы — горячие, живые, обжигающие — хлынули из глаз, размывая фигуру Иареда. Я почувствовала всё снова. Унижение. Страх. Боль.

И самое страшное — облегчение.

Я зажмурилась и уткнулась лицом в его плащ, вдыхая запах дыма и мелиссы. Я плакала. Я дрожала. Я чувствовала, как моё сердце бьётся — часто, неровно, больно. Оно больше не было куском льда. Оно было ранено, не заморожено, но оно было живым.

Иаред мгновенно обернулся. Чешуя скрылась под кожей, глаза стали человеческими, полными боли. Он подхватил меня на руки и прижал к себе, закрывая от мира, от холода, от памяти. Его руки, горячие как расплавленный металл, сжали меня так сильно, что рёбра затрещали.

Лёд отступил, и боль хлынула внутрь. Но самой острой болью было его прикосновение. Я чувствовала каждый его палец, каждый вдох, который удар его сердца.

Иаред поднял голову. Его зрачки всё ещё были вертикальными.

— Он мертвец, — тихо произнёс Император. — Клянусь кровью предков, он уже мёртв.

Он прижал меня к себе, закапываясь лицом в мои короткие волосы. Его пальцы сжимали мою спину, оставляя синяки.

— Почему ты мне тогда не поверил? — рыдала я, чувствуя, как меня выворачивает душой наизнанку отэтой боли. — Неужели ты думал, что я предам тебя? Как вообще в твою голову закралась эта мысль?

— Я здесь. Я не уйду. Плачь. Кричи. Ненавидь меня. Но чувствуй. Ради богов, просто чувствуй… — слышала шёпот.

— Я ненавижу тебя! — кричала я. — За то, что ты заставил меня чувствовать себя дурой… За то, что предал меня, не поверив в правду… За то…

Я чувствовала. Я чувствовала, как пульсирует шея. Я чувствовала, как внутри, среди осколков льда, пробивается тонкий, хрупкий росток тепла.

Это была боль. Это был страх. Это была жизнь.

Впервые за долгие недели я была готова за неё бороться.

— Я не хочу иметь с тобой ничего общего! Что бы ты ни сделал! Если бы ты знал, как мне было больно и страшно… Если бы ты… — крикнула я, ударяя его кулаками в плечо.

Внезапно я почувствовала, как Иаред наклоняется вперёд. Он едва сдержал стон боли. С его раненого плеча сочилась тьма. Она окутывала мои пальцы…

— Боже, — прошептала я, глядя на тьму. — Что это?

Мир сузился до точки. До пятна тьмы, расползающегося по его плечу, как живая гангрена.

Иаред покачнулся. Его глаза, еще секунду назад полные вертикального огня драконьей ярости, вдруг потухли. Зрачки расширились, поглощая серебро радужки. Он сделал шаг назад, словно под ним обрушился пол, и рухнул. Тяжелое тело ударило о камень с глухим, страшным звуком, от которого у меня внутри все перевернулось.

— Иаред!

Крик вырвался из меня сам, ломая горло.

Я бросилась к нему, забыв про собственную боль, про лед, который еще недавно сковывал мои вены.

Колени ударились об пол, но я не почувствовала ушиба.

Я чувствовала только холод, идущий от его кожи.