Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 172 – Аньес Мартен-Люган

Следующим утром Ребекка просит портье распечатать ей несколько страниц, написанных за последние дни. Потом поднимается к себе в номер, складывает чемодан, готовясь уйти, и оставляет его в гостиничной камере хранения. Она не торопится, прогуливается по улочкам Венеции, возможно, в последний раз в своей жизни. Она запутывается в этих улочках просто из удовольствия заблудиться. Пересекает каналы, вслушивается в крики гондольеров, сохраняет в памяти теплые и холодные цвета, которые смешиваются, сплетаются и занимаются любовью. Проходит по площади Сан-Марко, голуби взлетают и выстраиваются вокруг нее, словно прощальный почетный караул. Она долго стоит перед лагуной. Заставляет себя попрощаться с ней, но при этом ждет, что та вот-вот пропоет ей: “Benvenuto!”[46]Она стирает стекающую по щеке слезу и поворачивается спиной к лагуне. Потом углубляется в утробу Венеции.

Ребекке становится легче, когда она видит Лино, выходящего из мастерской. О лучшем она и не мечтала. Она впервые подходит вплотную к его убежищу, прижимая к груди конверт. Упирается лбом в витрину и заглядывает внутрь. На всех стенах висят маски Джорджо, Элены и Лино. Они остаются на страже. Они наблюдают. Следят. Но не пугают ее. Ее взгляд останавливается на той, которую она когда-то надевала. Ребекка бросает ей вызов. Потом улыбается, воспоминая эти безумные, полные страсти объятия, в которых она ощутила себя самой собой. Ребекка никогда бы в этом не призналась, но в ее мечтах на ней была маска, которую нарисовал Лино, а Джорджо предназначил для той, кто будет соответствовать его неумеренности во всем и сделается его светом в ночи… Она прогоняет эту надежду и прижимает губы к конверту.

Потом совершает серьезный, безумный, бесповоротный жест: опускает конверт в почтовый ящик. Отходит от двери. Теперь уже поздно сожалеть.

Она должна узнать, станет ли ирреальность ее жизнью. Ребекка возвращается в свое укрытие и начинает ждать…

Проходит час, быть может, два или три, какая разница, ей это показалось вечностью, и тут она видит Лино, возвращающегося в мастерскую. Он безмятежен. Он входит внутрь и запирает за собой дверь. Ребекка видит, как он находит конверт и небрежно бросает его на стол. Ее сердце сжимается, разбивается. Неужели он забыл ее? Сердце восстанавливает нормальный ритм, когда он поспешно возвращается к столу и предельно осторожно вскрывает конверт. Застывает и поворачивает голову в ее сторону. Она отступает подальше в полутьму. Лино выскакивает, как безумный, на площадь, обегает ее, бежит направо, налево, его глаза с отсветами грозы наполняются паникой. Он застывает в центре площади совсем рядом с колодцем. Похоже, он в отчаянии. Надежда возвращается к Ребекке. Ей даже как будто чудится, что Лино ее зовет. Она впивается зубами в кулак, чтобы удержаться и не ответить ему. Она уже почти готова броситься к нему, когда видит, как он поворачивается и возвращается в мастерскую, закрывая за собой дверь. Ребекка знает, что должна ему позволить узнать о ее последних месяцах и днях. Прочесть ее заключительные слова. Она понимает, что не сможет произнести вслух все, что она чувствовала.

Чтобы рассказать о своих муках, ей требуются написанные на бумаге слова.

Это же их история.

Она догадывается, что он перелистывает страницы. И через какое-то время ей становится ясно, что пришла пора выйти из тени.