Книга Какие планы на Рождество?, страница 54 – Карен Понт

— Надеюсь, ты не сердишься, что я сказала правду твоему другу… Я видела, как ты смутился, а поскольку без меня ты бы не оказался в подобной ситуации, мне неприятно, что тебе приходится лгать из-за меня.

— Я не ожидал таких слов от него, они застали меня врасплох.

— Знаю, меня это не касается. Но все же, кто эта Лиза?

И надо ж было официанту именно в этот момент поставить перед нами огромное блюдо с кусочками свежего хлеба по краям, чашечку с чесноком и дымящийся котелок — а внутри смесь разных сортов сыра, названий которых я не помнила. А еще налить нам по бокалу белого вина — его делают здесь же, в этом краю.

Глядя, как Давид натирает долькой чеснока кусочек хлеба, а потом на шпажке окунает его в сыр, я ожидаю, что он сменит тему и я так никогда и не узнаю ответа на свой вопрос. Делаю все точно как он, и мы молча пробуем это фондю — оно и впрямь такое вкусное, что пальчики оближешь.

— Сестра Бенжамена.

— Кто-кто? — спрашиваю я с набитым ртом, уже получив порцию сырных эндорфинов.

— Лиза. Она сестра Бенжамена. Мы вместе учились в лицее.

— И она была твоей подругой? Встречаться с сестрой друга примерно то же самое, что трахаться под камерой, знаешь ли — и то и другое не лучшая идея, — говорю я с улыбкой.

— Я с ней не встречался… Это Донован, вон он — да… По нему сохли все девчонки, он мог выбирать любую, но представь себе, выбрал Лизу. Хотя ему, в общем-то, было плевать на нее. Еще один трофей в его охотничьем дневнике. На самом деле с тех пор уж много лет прошло…

Странно, он произнес это так, будто меня здесь не было…

Вот и начало объяснения, мне следовало догадаться. В основе всегда одно и то же: парень влюблен в девушку, а она выбирает другого. Давид любил Лизу, а она предпочла Донована. Младшему без конца повторяли, насколько умнее его старший брат, и вот он пустил в ход все козыри, чтобы отыграться.

— А кстати, — продолжает он, как будто мы и не вспоминали ни о чем, — как тебе фондю? Согласна ли ты, что это лучшее, что тебе приходилось пробовать?

Меня так и тянет еще немного расспросить его о Лизе, но я сдерживаюсь. В конце концов, не мне мирить двух братьев, вот уже больше десятка лет не желающих простить друг друга. Я через три дня вернусь домой, а мой отпуск еще не кончится… А Давид снова превратится в просто охранника.

— А десерт будешь? Они тут вкусно делают безе с клубникой.

— Нет, спасибо… Я уже не голодна.

16:00

Когда мы возвращаемся в шале, вся семья уже собралась на кухне.

— Ах, вот и вы. Очень кстати, — встречает нас Элен. — Мне нужно знать, какого вы мнения о моих печеньках. Я напекла несколько противней, каждый с каким-нибудь новым вкусом. Осталось решить, какие из них мне представить на конкурс, который вот-вот состоится. Правда, вот уже несколько лет подряд выигрывает Жильбер, но я не отчаиваюсь.

— Мама, ты ведь сама прекрасно знаешь, что Жильбер спит с Мирей, председательницей жюри, — возражает ей Мэдди. — Зря ты все время пробуешь менять рецепты, куда уж тут твоим печенькам против настоящего оргазма. Но ладно, если ты настаиваешь, то мы с Гринчем с большим отрывом отдаем первое место тем, что под номером два. А вы куда запропастились? — не меняя тона обращается она к нам, засовывая в рот еще один образец вышеупомянутого печенья.