Онлайн книга «Искатель, 2007 № 03»
|
Серые прямоугольные здания вырастали, казалось, прямо из серого асфальта. На большом безликом пространстве были разбросаны шесть корпусов,и каждый из них являлся отдельным предприятием. Все вместе это называлось «НИИФито». Когда-то на территорию института нельзя было попасть без специального разрешения. Сплошной бетонный забор охранял серьезные тайны. Особенный запрет касался корпусов «Б» и «Д» — они представляли собой чистые военные производства. Но на всякий случай засекретили все. Сушеницкий помнил, как несколько лет назад его неделю проверяли, прежде чем разрешили взять интервью у академика Душицына. И это при том, что старик никогда на оборону не работал. Сушеницкий вошел в проходную: узкое помещение, крестообразная вертушка, за вахтой — дед в очках, в ватнике и с газетой. Времена изменились. Раньше здесь сидел рядовой срочной службы, в комнатке рядом находились еще двое, обязательно был лейтенант и кто-нибудь в штатском. Улыбаясь, Сушеницкий облокотился о стойку: — Пропустишь, дед? Дед даже не поднял глаз от газеты. — А кто ты такой будешь? — Он перевернул большой лист, шурша им. — Может, ты есть шпион вражеского нам государства? — Все шпионы от нас давно поразбегались, — мудро заметил Сушеницкий. — Это точно, — согласился дед, складывая газету. — И шпионов нет, и газеты не те. — Он наконец посмотрел на Сушениц-кого поверх очков. — Ты кем интересуешься? — Пашей Тминенко. — Уехал твой Паша. Разминулся с ним минуты на две. — А ты ничего не перепутал? Паша уехал или другой шофер? Дед снял очки и сделал суровое лицо: брови сдвинулись, лоб покрылся морщинами, ав глазах объявился серый блеск. — Я, между прочим, перед приемом на работу медицинскую комиссию проходил. И зрение мое признано удовлетворительным. Поэтому еще хорошо вижу, кому открывать ворота, а кому не открывать. И кое-кого вообще могу никуда не пропустить. — Ладно, дед, не обижайся. — А ты не болтай попусту. Сушеницкий примирительно вздохнул: — Просто мне Паша очень нужен. Он куда уехал? — Не докладывал. — А кто знает? — Начальство. — До начальства далеко. А поближе кто-нибудь? — В гараже известно. — Тогда я схожу? Спрошу? Сушеницкий старался быть вежливым как никогда. И это сработало. Вахтер снова почувствовал себя хозяином, окинул Сушеницкого благосклонным взглядом и разрешил: — Иди, если ног не жалко. Сушеницкий толкнул вертушку,а дед для порядка поинтересовался у его спины: — Где гараж, понятие имеешь? — Когда-то был за корпусом «Е». — С тех пор не переносили. Здесь никогда не росли деревья, их считали лишними. Везде асфальт и каменные корпуса — большие и малые. На больших, девятиэтажных, белой краской проставлены буквы величиной в полтора окна. Сразу за проходной — корпус «А». От него, под прямым углом, — корпус «Г». Дальше — его не было видно, но Сушеницкий помнил — стоял корпус «Б», который соединялся Виталий и Евгений ПРУДЧЕНКО ФИТОТЕРАПИЯ воздушным переходом с корпусом «Д»: поговаривали, что под ним было еще пять подземных этажей. Но редко встречался кто-нибудь, кто когда-либо там бывал. Выйдя из проходной, Сушеницкий повернул направо. Завернул за корпус «А». Параллельно ему стоял корпус «В» — именно на его крыше Сушеницкий полночи провалялся под дождем. Он обошел и его и попал на большой плац, расчерченный для строевой подготовки белой краской. Он пересек полосы по диагонали, миновал арку под бывшими казармами охранного батальона и оказался у корпуса «Е» — единственной пятиэтажки из всех больших корпусов. Ее строили специально для хозяйственников и, видимо, когда-то посчитали, что им и этого хватит. Слева стлались по земле плоские одноэтажные гаражи. Они были закрыты. И только возле одного из боксов одиноко скучал фургончик с эмблемой института и цифрой «1» — большой, красной, в желтом круге. |