Книга Графское наследство, страница 2 – Наталия Антонова

Днём Таисия играла с соседскими ребятишками и помогала бабушке по хозяйству.

Потом девочке пришло время идти в школу. Антонина решила, что дочери лучше учиться в городской школе. Пётр согласился с женой.

Таисия долго не могла забыть ту минуту, когда её на автовокзале буквально вырвали из тёплых бабушкиных объятий и увезли в абсолютно чуждый ей мир. Общая кухня, общий туалет, очередь в ванную и гадкие тараканы, которых соседи по семейному общежитию травили и вместе и порознь. Но усатые сожители каким-то образом выживали и снова и снова появлялись не только на кухне, но и в жилых комнатах. Тая, увидев их, первое время визжала от ужаса. Потом привыкла, смирилась, хватала тапку и молча изо всей силы лупила по ненавистному насекомому. Чаще всего таракан оказывался проворнее девочки и сбегал прежде, чем тапочка хлопнет по тому месту, где он только что находился.

Каким счастливым событием был тот момент, когда администрация общежития наконец-то вняла «гласу вопиющих в пустыне» и вызвала специалистов, которые избавили здание от ненавистных квартирантов.

Постепенно Таисия привыкала к городу, и он даже начинал ей нравиться. В школе она училась хорошо, учёба давалась ей легко, может, потому, что вместе с бабушкой в игровой форме они освоили букварь и начальную арифметику. Бабушка до ухода на пенсию работала библиотекарем, а бабушкина подруга тётя Майя — учительницей в начальных классах.

В городе Тая, будучи девочкой общительной, обзавелась друзьями и подругами. Учителя любили её за любознательность и поощряли её тягу к знаниям.

Но летом её каждый год по-прежнему отправляли к бабушке в деревню. И чем старше становилась Тая, тем с большим нежеланием она покидала город, оставляя на целых три месяца уже устоявшийся мир и своих подруг.

Приехав в деревню, она отмечала, что бабушка постарела и её ум теперь всё больше занят хозяйственными делами. Тая уже без прежней охоты копала и поливала грядки, кормила кур, отводила на пастбище корову. Всё это казалось ей теперь скучным и утомительным. Над деревенскими подружками и ребятами, с которыми когда-то дружила, Тая теперь про себя посмеивалась. Спустя какое-то время у неё возникло ощущение, что и их отношение к ней изменилось не в лучшую сторону. А однажды внучка тёти Майи Саша, которая была старше её на пару лет, и вовсе сказала Тае в глаза, что она слишком много думает о себе. В то же время у неё нет никаких таких достоинств, которыми она могла бы гордиться, так что и причин задирать нос у неё нет. Подумаешь, городская штучка. Не забывай, что вылупилась-то ты из деревенского яйца.

Тая тогда сильно обиделась, и не только на Сашу, но почему-то и на тётю Майю. Она в тот день залезла на сеновал и проплакала там, уткнувшись лицом в душистое сено, до самого обеда. Слезла она только после того, как в голосе бабушки, зовущей её уже долгое время, Тае послышалась паника. Испугавшись, что бабушка поднимет на ноги всю деревню, Таисия спустилась с чердака.

— Где ты была? — воскликнула бабушка и, увидев заплаканное и грязное лицо внучки, всплеснула руками. — Тая, что с тобой? На тебе лица нет!

— Куда же оно подевалось, моё лицо, — проворчала Таисия. — Просто я устала, забралась полежать на сене и заснула.

— Просто заснула? — не поверила бабушка.