Книга Дочь поэта, страница 62 – Дарья Дезомбре

— А она? — Я поняла наконец, зачем Костя меня сюда притащил.

— А она прижимается к той, другой. Говорит, может, я с местом все-таки ошиблась? А та ей — а может, ты никого не убивала? Ты же была под препаратами… Ну, думаю, все, приехали. Идите, говорю, барышни, подобру-поздорову. У меня еще работа есть.

— А они вышли и стали разговаривать прямо под окнами. — Костя посмотрел на меня со значением — мол, ты еще главного не слышала.

— А что было делать? У нас кондиционер не фурычит, жара, окна открыты… Хочешь не хочешь, подслушаешь.

— Бывает. — Я понимающе кивнула. — Так что они сказали?

— Девочка заплаканная в прострации стоит как столб. Говорит, мол, ты не понимаешь, он меня спас, увез, покрывал! А та ей: «Выходит, ты все не так поняла. Ты ни в чем не виновата». Тогда та, молоденькая, ей и говорит: «Ты тоже». Та, значит,ей в ответ: «Хватит. Пойдем». А эта вырывается: «Ты хочешь, чтобы я себя простила, а сама себя простить не можешь!» А та: «Глупости говоришь!» В машину ее, значит, толкает. И тогда зареванная — раз! — ей рукав футболки задирает, а там — мама дорогая!

— Что? — я похолодела.

— Порезы. Я — вот вам крест! — такого никогда не видел: шрамы свежие, старые… Ужас! Я еще подумал, вот почему она в футболке с длинными рукавами по такой-то жаре!

— Спасибо вам, добрый человек. — Костя уже тянул меня прочь, к машине.

Захлопнув двери, мы одновременно повернулись друг к другу.

— Ну, как тебе история?

— Ничего не понимаю. А ты?

— Могу только догадываться.

Я хмыкнула.

— Так поделись своей мудростью.

— Смотри: Валя уверена, что она кого-то сбила. У нее начинается эпизод, и Двинский прячет ее в психушку.

— Потом она встает перед ним на колени, просит забрать.

— Он и забирает. И, по ее словам, покрывает. Но нашу Валентину мучает совесть. Отсюда — и ночные кошмары, которые она запивает, опять же, препаратами.

— Ну и при чем здесь Алекс? Она же реально ее терпеть не могла! А теперь они чуть ли не лучшие подружки!

Костя усмехнулся.

— Не ревнуй.

Я повела плечом: вот еще! Но, черт возьми, как он легко меня считывает! Следует лучше контролировать лицо.

— Хорошо, пропустим момент воссоединения. Дамы стали близки, Валя рассказывает о ДТП, а Алекс начинает подозревать, что мачеха, кхм, бредит.

— Тогда она требует, чтобы та ей показала место аварии. Валя точного места не помнит.

— Именно! Они плутают — эта лесная дорога — или та? Была там узкоколейка или не было? И добираются до съезда к санаторию «Лесной».

— Венок! — я наконец начинаю понимать. — Валя увидела венок. Это для нее был знак — тут и сбила!

— Но Алекс, не ведясь на Валины вопли, сделала то же, что и я: изучила сводки ГИБДД. Только я не сразу догадался проверить сводки не за год, а хотя бы за пять лет. Она, очевидно, оказалась умнее. И увидела, что на этом месте действительно была авария со смертельным исходом. Только вот Валя к ней не имела никакого отношения. Потому что та авария произошла уже пару лет назад.

— Поэтому Алекс и привела Валю в полицию сдаваться. Она знала, что мачеха ей не поверит. А офицеру — поверит. — Я замолчала. — Только все равно: Валя не моглавсе придумать. Машину-то точно ремонтировали. И серьезно.

— Да. Тут затык. — Костя постучал задумчиво пальцами по рулю. — А еще вызывает интерес вся эта готическая история со шрамами красотки Алекс.