Книга Испорченный король, страница 106 – Рина Кент

За столом воцаряется тишина, за исключением Ксандера, который ухмыляется, демонстрируя ямочки на щеках.

— Неудивительно, что она моя лучшая подруга.

— Ты думаешь, кто-то может что-нибудь сказать Кингу? – Ронан качает головой с лукавой улыбкой. – Я имею в виду, ты та, кого он назвал очаровательной.

— Он… серьезно? – спрашивает вратарь.

— Клянусь богом, я тебя не разыгрываю. У меня до сих пор мурашки по коже, по-настоящему! – говорит Ронан. – Да ладно тебе, Элли. Запиши это для нас в следующий раз.

Я не могу удержаться от улыбки.

Футболисты, которые раньше бросали на меня суровые взгляды, теперь смотрят на меня с… благоговением?

Коул прочищает горло.

— Прекрати, Ро.

— Ох, перестань, капитан. Не порти веселье. – Ронан встает со своего стула. – Я открываю аукцион с пятью сотнями. Кто добавит?

Каждый из них начинает называть цифры, как на настоящем аукционе.

Богатые дети, конечно, делают это по-другому.

Коул качает головой и открывает книгу. «Анатомия зла».

Хм. Кто бы мог подумать, что футболист заинтересуется такими книгами? С другой стороны, я всегда придерживаюсь стереотипов.

— Ты разве не собираешься есть? – спрашивает Коул, не обращая на меня особого внимания. – Ты можешь взять мое.

— Она это не ест. – голос Эйдена звучит у меня за спиной, и я ненавижу мурашки, которые пробегают по моей коже из-за его присутствия.

Он отталкивает Коула в сторону и садится рядом со мной, протягивая две тарелки. В одной есть макароны. На подносе, который он ставит передо мной, салат и макароны без глютена.

— Где ты это взял? – Я поднимаю на него глаза. – В кафетерии нет такой еды.

— Теперь есть.

Теперь есть.

Просто так, он сделал так, чтобы она появилась.

Я не хочу, чтобы на меня произвело впечатление то, что он принес мне мое первое специальное блюдо в школе, но это происходит. Это самая заботливая вещь, которую кто-либо, кроме моих тети и дяди, делал для меня. Он запомнил и сделал так, чтобы она появилась.

Я бросаю на него взгляд из-под ресниц.

Быть на хорошей стороне Эйдена Кинга – Рай. Быть на плохой – кромешный Ад.

Пришло время выбрать, на какую сторону пасть.

Тетя и дядя почти не возвращаются домой в течение всей недели.

Обычно они переодеваются, набивают холодильник едой, а затем снова уходят.

Я ненавижу наш дом, когда никого из них в нем нет, особенно когда это продолжается несколько ночей подряд, подобных этой.

Здесь тихо и… холодно.

Ким провела несколько ночей со мной – и Киром. Мы учились, запоем смотрели последний сезон «Люцифера» и кайфовали под Coldplay.

Хотя у нее более утонченный вкус в музыке, чем у меня, мы всегда кайфуем под Coldplay.

На прошлой неделе мне каким-то образом удалось убедить Ким посидеть со мной за столом футбольной команды.

Я была одновременно шокирована и горда, когда она села за один стол с Ксандером и притворилась, что его не существует.

— Ты уверена, что не можешь остаться? Сегодня вечер пятницы, – спрашиваю я, стоя на пороге, когда она садится на ступеньки, чтобы завязать шнурки на ботинках.

— Я бы с удовольствием, но я не могу подвести Кира.

— Я знаю. – Ее отец вернулся из своих бесконечных дипломатических поездок, а мать наконец-то вышла из студии. Они обещали Кириану семейный ужин несколько месяцев назад, и сегодня их единственный шанс осуществить это.