Книга Плохая маленькая невеста, страница 35 – Меган Брэнди

Мои бедра слишком велики, а то, что шаловливо называют попкой, именно попкой и было – слишком круглая, чтобы вписываться в стандартные размеры.

Ну и так далее.

А эта девушка… Она элегантна и чувственна, хотя явно не пытается быть таковой. Ее изгибы женственны и округлы, и зависть, которую я никогда не испытывала (по крайней мере, я так думала), поселяется у меня в животе.

Я его вторая жена.

Ее слова и равнодушный тон, которым она их произнесла, повисают в воздухе.

Конечно, она относится к тому типу женщин, которых хотел бы видеть рядом с собой такой потрясающе красивый мужчина, как Энцо… если бы ему пришлось выбирать.

Не то чтобы он не выбирал меня, но, если по-честному, так и есть. Я должна была выйти замуж за его бесталанного сына, но я предложила ему другой вариант, и он согласился.

Хотя уже сказал «да» другой…

Девушка достает неизвестно откуда золотистую зажигалку, открывает ее, затягивается сигарой и крутит ее между пальцами, наслаждаясь.

Мне требуется целых три секунды, чтобы понять, что это вовсе не сигара.

Это косяк.

Огромный, размером с сигару косяк.

Я наблюдаю, как она затягивается и надолго задерживает дым в легких. Когда она выдыхает, ее лицо на мгновение скрывается за белым клубком; затем дым медленно рассеивается, открывая ослепительную белозубую улыбку.

Девица наклоняется вперед, предлагая мне косяк, и, хотя я не курю, я беру его. И дважды затягиваюсь, прежде чем отдать обратно, потому что какого хрена?

После того как я громко кашляю, ударяя себя в грудь, снова смотрю ей в глаза.

— Есть ли еще кто-нибудь из тех, кто заперт в этих стенах, о ком мне следует знать?

— В каком смысле? – Она смотрит на меня с любопытством.

— Жены, – невозмутимо отвечаю я. – Сколько еще жен у мистера Фикиле?

Ее брови идеальной формы подпрыгивают, рот открывается… а потом она хохочет.

Смех такой громкий и долгий, что мне хочется влепить ей пощечину. Должно быть, она чувствует это, потому что резко поворачивает голову в мою сторону и замолкает, слегка поморщившись.

— Прости, я не имела в виду, что я его жена.

— Так ты типа его лучший друг или что-то в этом роде? – Может, она имела в виду партнера по бизнесу? Думаю, у некоторых мужчин такое бывает, хотя на самом деле в большинстве случаев это просто прикрытие для любовниц.

— Нет, я имела в виду, что я была его женой, но больше ею не являюсь, – отвечает она с улыбкой, как будто это вполне нормально.

Но это не нормально.

Она была женой Энцо Фикиле?

— Позволь мне просто… – Я замолкаю, пытаясь проникнуть в ее мысли. – Вы двое были женаты. Ты и Энцо.

— Да.

— Но теперь вы… не женаты.

— Вот именно. – Она улыбается.

Но я серьезна, и через мгновение она понимает, что у нас вовсе не дружеская беседа.

Что я раздражена.

Что я сержусь.

И еще кое-что, о чем я не буду упоминать.

Катана медленно поднимается.

— Может, мне стоит…

— С каких пор?

— …просто уйти, – заканчивает она, оставляет косяк дымиться на краю моего стола и подходит к двери.

Я разбиваю фарфоровую статуэтку и бросаю в нее острый осколок. Он царапает запястье. Катана вздрагивает, поворачивается и ошарашенно смотрит на меня, маленькая красная капля скатывается по коже.

— Что за черт?!

Что за черт – вот именно.

Я вскакиваю на ноги.

— Вы были официально женаты?