Книга Клятвы и бездействия, страница 121 – Сав Миллер

— Скажи еще раз, – приказываю я, почти касаясь ее губ своими, и впиваюсь пальцами в ягодицы. От сильных толчков трясется дверь.

— Моя вагина создана для тебя, – повторяет она со стоном и страстно отвечает на мой поцелуй. Я чувствую ее мошонкой. Яйца подтягиваются, по мере того как движения мои ускоряются. Я ругаюсь себе под нос, чувствуя, как в теле растет желание сбросить напряжение.

— О, да, Джонас.Черт, сильнее, пожалуйста.

Мышцы сжимаются сильнее с каждым моим движением, и я стараюсь держать ее крепче.

— Я сейчас кончу, – выдыхает она и сдавливает мой член с неожиданной силой, прежде чем успевает произнести последний звук.

Я не останавливаюсь, сжимая ягодицы так, что наверняка останутся синяки.

Оргазм не ослабил хватку, она все еще тяжело дышит, и я подхватываю ее на руки и бросаю на кровать. Смотрю, как подпрыгивает ее грудь, и сжимаю член. Забираюсь на кровать, устраиваюсь сверху и убираю волосы с ее лица.

Сохраняю заданный темп, и вскоре семя изливается на ее тело под сдавленные стоны, в последнюю секунду она открывает рот и высовывает язык.

Все ее лицо в каплях спермы.

— Черт, – произношу я сквозь зубы и жмурюсь оттого, что она кажется мне похожей на Мону Лизу. – Ты прекрасна, малышка, ты вся моя. Хочу навсегда запомнить тебя с моей спермой на лице.

Последняя капля падает с моего члена, и я откидываюсь, тяжело выдыхая. Пот стекает по спине, поэтому я встаю с кровати и раздеваюсь, поглядывая на Ленни, опасаясь уловить признаки недовольства.

На одном ее глазу пятно спермы, она тянется и стирает его. Высовывает язык и смакует то, что осталось на губах. Мой член дергается.

— Ленни…

Не обращая на меня внимания, она продолжает слизывать с пальцев всю собранную с лица жидкость.

— Ах… – Она смеется. И мне приходится опереться на столбик кровати, чтобы не наброситься на нее снова.

Лукаво улыбаясь, она подхватывает кончиком пальца немного спермы и подносит руку к паху и смешивает соки наших тел.

— Осторожно, милая, ты играешь с огнем.

Она смеется и убирает руку, но не выглядит испуганной.

— Может, я хочу сгореть в этом огне.

Следом за осознанием смысла ее слов ощущаю дрожь во всем теле. Нет, огонь не угрожает нам, мы уже охвачены пламенем, и оно не потухнет никогда.

Подхожу к кровати, беру Ленни на руки и несу ее в ванную, убедившись, что Милины нет поблизости. Мы быстро принимаем душ и уже через несколько минут возвращаемся в постель. Я ложусь на бок, прижимаюсь к ягодицам Ленни и выдыхаю, склонившись к шее.

— Значит, – говорит она через несколько секунд, – твоя мама не умерла.

— Лучше было думать, что умерла.

Ленни молчит некоторое время.

— Лучше или легче?

Я чуть отстраняюсь, касаюсь губами ее уха.

— Разве это не одно и то же?

— Нет. – Она говорит тихо, словно боясь, что громкие звуки разрушат ауру удовольствия вокруг нас.

Вздыхаю, переворачиваюсь на спину и тяну Ленни к себе. Она прижимается ко мне сбоку, и я вновь поражаюсь тому, как уютно и легко нам вместе. Никто не поверит, что отношения наши фейк, если увидит в такие минуты.

У меня сейчас в целом непростой период жизни.

— Она бросила меня и отца, когда я был ребенком. Никаких объяснений и просьб простить. Просто однажды утром мы проснулись, а ее нет. – Я разглядываю потолок, стараясь изо всех сил не позволить воспоминаниям пробудить прежние чувства. – Было непросто жить с одним отцом, к тому же все знали, что он нарушает закон. Уход мамы все связали со мной, будто я был в этом виноват. Словно она…