Книга Клятвы и бездействия, страница 76 – Сав Миллер

— Ладно, пусть так.

Отбрасываю железную палку, прохожу к стене и, набрав код, открываю встроенный сейф. Внутри два пистолета, несколько пузырьков с прозрачной жидкостью и разного цвета наклейками. В глубине несколько пачек денег, завернутых в термоусадочную пленку.

Я беру один из пузырьков, помеченный синей надписью, закрываю сейф и лезу в тумбочку рядом со встроенным книжным шкафом за спиной Карла. Оттуда я достаю шприц, бинт и мазь от ожогов.

Выдавливаю на бинт немного мази и показываю Карлу.

— Будет жечь, надо сначала обезболить.

Мужчина ничего не отвечает, я воспринимаю его молчание как согласие. Впрочем, ему все равно меня не остановить, ведь руки скованы за спиной наручниками, а ноги привязаны к ножкам стула.

Втыкаю иглу в мягкую крышку флакона и переворачиваю его, содержимое медленно набирается в шприц. Закончив, щелкаю по нему, чтобы убрать пузырьки, и втыкаю иглу в предплечье Карла.

Он морщится, когда я ввожу препарат и размазываю мазь по груди.

— Вот, – говорю я, глядя на него с улыбкой. – Я оказал тебе услугу, окажи и ты мне, ответь на мои вопросы.

Карл кивает, и я принимаюсь наносить мазь на другую часть груди.

— Слушай, парень, все, что я знаю, – твой отец интересовался прошлым, теми годами, когда Том устанавливал связи со многими значимыми фигурами. Теоретически Том давал клятву работать только с твоим отцом и его группировкой, но тайком заключал сделки и с другими. Твоему отцу это не нравилось.

— А что за группировка была у моего отца?

— Откуда мне знать, черт побери, – резко отвечает он и кашляет. Облизывает губы и давит на них языком изнутри. – Эта информация держалась в секрете. Думаю, Том сам не знал, с кем работает.

Поджимаю губы и принимаюсь размышлять о сказанном. Криминальные контакты отца перешли после его смерти по наследству мне, но я так и не смог установить, кто за всем этим стоит. Они иногда присылали мне человека, чтобы решить проблему и провести расследование, по сути, это мало чем отличалось от того, что я делал для Кэла Андерсона и брата.

Перевожу взгляд на Алистера, который, развалившись на диване и закинув руку под голову, смотрит в потолок.

Интересно, а что известно ему?

Если отец дал ему список людей, которых надо наказать, мог рассказать и больше о своих людях.

Горечь обиды начинает разъедать изнутри, угрожая свести на нет то, чего добился в отношениях с братом за последнее десятилетие.

— Он… Том знал, что… для твоего отца это ничем хорошим не закончится. – Карл говорит с усилием, дыхание учащается. – Он подставил его, больше… мне ничего не известно.

Алистер поднимается с дивана, подходит к Карлу и разглядывает его с равнодушным выражением лица. Тот жадно хватает воздух и тяжело выдыхает, в глазах мелькает паника, хотя тело его истощилось и не может сопротивляться. Движения даются ему все труднее, тело постепенно охватывает паралич. Улавливаю момент, когда он смотрит на меня с обидой, словно укоряя в предательстве.

Через полчаса он умирает.

Алистер вздыхает, идет к дивану и берет свой пиджак. Я достаю из кармана пузырек и поднимаю, чтобы брат увидел.

— Сакситоксин.

— Конечно. – Он выдерживает недолгую паузу. – Но зачем? Ты мог бы пригрозить ему ужесточить методы и добиться от него чего-нибудь путного. А так почти ничего не узнал.