Книга Клятвы и бездействия, страница 9 – Сав Миллер

Паника сжимает грудь и мешает вздохнуть. Человек давит с такой силой, что я отклоняюсь назад, за перила балкона. Судорожно вдыхаю, стараясь отправить кислород в легкие, но пальцы его сильны, и вскоре перед глазами начинает темнеть.

— Решила, сможешь сбежать? – рычит напавший, толкая меня бедром. Чувствую что-то твердое, и это приводит меня в бешенство. – Малышка Ленни должна помнить о том, что задолжала, и я постараюсь, чтобы на этот раз все было сделано.

Всего мгновение требуется, чтобы узнать голос человека из окружения отца, и еще секунда, чтобы вспомнить события той ночи, когда жизнь моя перевернулась с ног на голову.

Страх разносится по венам, будто вирус, я снова начинаю сопротивляться, пинаю его, царапаю лежащие на моей шее руки.

Он перемещает одну на молнию моего платья и резко дергает, обнажая грудь. Кладет ладонь на правый сосок и сжимает так сильно, что я вскрикиваю от боли.

Свободной рукой он зажимает мне рот, я и впиваюсь зубами туда, куда удается; он вырывается, отшатнувшись, и сыплет проклятиями. Этого достаточно, чтобы освободиться, но он успевает толкнуть меня.

Я падаю на колени, от силы удара из груди вырываются остатки сохранившегося в легких воздуха. Спрятанная кисть выскакивает и падает прямо передо мной, я трачу на размышления всего секунду и начинаю действовать.

— Я бы с удовольствием снова тебя трахнул, – цедит мужчина и приглушенно смеется.

Сжимаю в кулаке кисть, ломаю и смотрю на неровный деревянный край.

Руки крепко держат мои плечи, человек пытается развернуть меня лицом к себе. Я поддаюсь, делаю вид, что решила не сопротивляться.

Когда он толкает меня, укладывая на спину, я сильнее сжимаю кисть, резко выбрасываю вверх руку и со всей силой, которую способна вложить в движение, вонзаю ее в шею мужчины.

Из раны мгновенно начинает литься кровь, глаза напавшего широко распахнуты, рука тянется, чтобы коснуться места нанесения удара.

Грудь моя тяжело поднимается и опускается, я смотрю на него во все глаза, смотрю, как он хватает ртом воздух, будто намереваюсь навсегда увековечить сцену в своей памяти.

Пока из горла мужчины вырываются хриплые звуки, я пользуюсь его оцепенением, чтобы сбросить с себя.

Он переваливается на бок и все же выдергивает деревянную ручку из раны, словно думает, что это изменит положение. Мне кажется, после этого кровь хлынула даже сильнее.

Я тяжело дышу, застегиваю молнию платья, отчетливо ощущая, как адреналин разносится по телу.

Я вся в крови, похожа на психопата-убийцу, при этом не могу пошевелиться и во все глаза смотрю на раненного, в состоянии думать только о том, что наделала.

— Полагаю, весьма непродуктивно сейчас молиться, дорогая. Ты не согласна?

Резко вскидываю голову и вижу выходящего на балкон мужчину в черном костюме, руки его погружены глубоко в карманы, темно-каштановые волны волос колышутся на ветру.

Но меня в первую очередь привлекают его глаза.

Сначала, при первом шаге они кажутся фиалковыми, стоит ему сделать следующий, и цвет их становится совсем невероятным, зловеще-синим.

Отчего-то они кажутся мне знакомыми.

Я помню этот акцент.

И понимаю, что у меня серьезные проблемы.

Глаза с зеленоватым отливом, напоминающим по цвету морскую воду, широко распахнуты и обращены ко мне. Они напоминают два крупных осколка темного стекла.