Книга Змеи и виртуозы, страница 122 – Сав Р. Миллер

— Он и так все знал. Ты подонок.

Я не отрицаю – не вижу смысла – и смотрю, как она берется за ручку двери.

— Заперто.

— Это вопрос или утверждение?

Она дергает ее, но безуспешно.

— Боже мой! Мы заперты!

— Точно нет. Надо лишь действовать умело. – Почти нежно отстраняю ее, обхватываю ручку и поворачиваю со всей силой – безрезультатно.

Смотрю с недовольством и пробую еще раз, но опять ничего не происходит. Упираюсь одной рукой в косяк, ногой в стену и тяну; рама и петли скрипят, но все остается как было.

— Какого черта! – Кулак впечатывается в дерево. – Открой, ублюдок!

— Боже, я знала, что это плохо кончится. – Райли со всей яростью начинает бить по двери кулаками.

— Калеб! Открой эту чертову дверь!

С другой стороны тишина, меня охватывает смятение. Нервы напряжены, но я молча слушаю, как Райли продолжает кричать и пинать дверь. Я отступаю и оглядываю ее, опускаюсь на пол и пытаюсь разглядеть в щель между полотном и полом признаки движения.

В галерее безмятежно тихо. Квадратные тени недвижимы. Поднимаюсь и сжимаю плечи Райли.

— Зачем Калебу нас запирать?

Рука ее повисает в воздухе, и она оборачивается.

— Думаешь, он дурак? Забыл, что мы только что вытворяли в его уборной?

— Мне кажется, логичнее было бы вытащить меня отсюда, а не запирать нас вдвоем. – Вновь кручу ручку, результат тот же.

— Отойди, – говорю я Райли и расправляю плечи.

Она делает несколько шагов и упирается икрами в край унитаза.

— Что ты намерен делать?

Не отвечаю и громко в последний раз призываю Калеба открыть; ответом мне становится тишина, потом я сосредотачиваюсь на ручке, поднимаю ногу и ударяю изо всех сил.

Дверь распахивается, в стороны летят щепки и детали металлического механизма. Одна из петель вылетает с места, Райли кричит, хотя ей ничего не грозит.

Как я и подозревал, Калеба нигде нет.

Но есть другой человек.

— Мне кажется, это было лишним, – говорит Райли, выходя из уборной, и разглаживает платье. Рядом со мной она останавливается и резко выдыхает, когда поднимает глаза и видит в дверях миниатюрную платиновую блондинку, та вытаращила глаза, будто только что увидела привидение.

— Мелли?

Не пойму, мне трудно дышать от удивления или от непроходящего ощущения пальцев Эйдена, давящих на язык.

Они будто еще там, напирают и мешают вздохнуть, унижают. Не думала, что мне такое понравится, учитывая прошлое.

Каким-то образом мне нравится все, что он делает, мне хорошо с ним. Так не должно быть, я понимаю. Понимаю, что он ужасно со мной обращается, преследовать людей незаконно.

Но ни с кем и никогда мне не было так хорошо, как с ним.

Так замечательно.

Всегда и во всем.

Возможно, это не решение проблемы в целом, перенесенная травма нанесла необратимые изменения, последствия не излечить приятными словами и поцелуями в лоб.

Хотя они очень помогают.

Намного легче идти по жизни, когда рядом кто-то есть.

Отвожу взгляд от демонически красивого мужчины и сосредотачиваю внимание на Мелли Симмонс.

Тонкие пальцы сильно сжимают ремешок сумочки на плече, обычно бледные щеки покраснели, то ли от холодного воздуха, то ли от доносившихся из уборной звуков.

Или дело в том, что она не ожидала увидеть живой бывшую одноклассницу, да еще при таких обстоятельствах.

Голос матери в последнее время слышен редко, но сейчас он звучит в тишине невероятно громко, в очередной раз напоминает, что я позор семьи.