Книга Обещания и гранаты, страница 38 – Сав Р. Миллер

Сестра, Ариана, отвечает после четвертого гудка, ее лицо появляется на экране, когда она переводит звонок в режим видео. На лице у нее маска из авокадо, отчего боль пронзает мое сердце – мы каждую пятницу делали маски и педикюр, и тот факт, что меня сейчас нет с ней рядом, немного расстраивает.

С нашей последней встречи прошло немного времени, но кажется, будто нас разделяют миллионы лет.

— Вот она, моя любимая новобрачная, – нараспев говорит Ариана, едва шевеля губами, чтобы не треснула маска. – Как себя чувствует первая в мире миссис Кэл Андерсон?

— Потихоньку прихожу в себя, – отвечаю я, бросая очередной взгляд на лачугу.

— О господи, что ты там увидела?

Я хмурюсь.

— Что я увидела?

— Ладно тебе, ты провела с Доктором Смерть уже неделю. Расскажи мне о его магазинчике ужасов.

Возвращаясь в дом, я открываю стеклянную дверь террасы и захожу в кухню. Марселин ушла, поэтому я переключаюсь на заднюю камеру и показываю сестре помещение с поверхностями из черного мрамора и посудой из нержавеющей стали.

Через дверной проем слева виднеется столовая, с другой стороны к кухне прилегает мрачная гостиная с огромным камином и белым раздвижным диваном с золотыми боковинами.

На кремовых стенах нет ни картин, ни фотографий. На кабинетном рояле, что стоит в овальной гостевой комнате рядом с фойе, нет пыли, как и на полках в библиотеке в конце по коридору. Нет никакого доказательства, что до моего прибытия здесь был кто-то, кроме Марселин, и я продолжаю гадать, зачем Кэлу такой огромный дом, если он в нем не живет.

Когда Кэл здесь, он запирается в офисе и даже не выходит, чтобы присоединиться ко мне за ужином. Каждый раз я ем в полной тишине, глядя в окно, выходящее на манящий боковой дворик, и обдумывая способы возможного побега.

— Черт, выглядит еще более жутко, чем я ожидала. – Я переключаюсь обратно на фронтальную камеру, и Ариана вскидывает идеально ровные брови. – Где все его вещи? Я даже телика не увидела!

Сев за прямоугольный стол в центре кухни, я подпираю телефон миской с фруктами и поворачиваю кольцо с бриллиантом на пальце, одновременно пожимая плечами.

— Знаю. Есть один на стене в спальне, но он не подключен ни к антенне, ни к интернету.

— Так странно. У него нет никаких увлечений?

— Не знаю.

— Не знаю? – Она умолкает, хмуря брови. Оранжевые пятнышки в ее глазах сверкают, когда она перемещает телефон, выходя из-под прямых солнечных лучей со своего балкона и направляясь обратно в спальню. – Мне кажется, это важная информация, которую следует знать о своем муже.

Покусывая губу, я поднимаю руку и провожу подушечкой большого пальца по следу от укуса, который Кэл оставил мне в прошлый раз. На нем остается тоналка.

— Он любит поэзию, – говорю я, понимая, в какую сторону движется разговор.

Ариана цокает языком.

— Как и ты. Расскажи что-то менее скучное. Что-то, о чем мы не знаем.

— Просто мы не говорили об увлечениях, вот и все.

Она прищуривает глаза.

— Елена. Только не говори, что, когда ты выходила замуж за Кэла, ты не знала о нем ничего, кроме размера члена.

Я прыскаю и резко убираю руку с шеи.

– Что-о?

— Ладно тебе, мы все знаем, что произошло в канун Рождества. Папа рассказал нам о твоей affare illecito^[11]. Так по-взрослому и нетипично для его вечно желающей всем понравиться дочурке.