Книга Шанс на счастливый финал, страница 25 – Виктория Лавин

От прилива сочувствия в груди все сжимается.

— Так вот почему вы… – тихо говорю я, глядя на его коляску.

— В этом пляжном электробагги? – он хлопает по подлокотнику рабочей рукой, пока Джо режет его еду на кусочки. – Именно так. Но, по словам моего гениального сына, я не буду сидеть в нем вечно, да?

Я поворачиваю голову к Форресту, который поднимает на отца серьезные глаза.

— Не будешь.

Юн издает закрытым ртом звук, похожий на ойканье. Все это очень мило, конечно, но меня раздражает, когда раздают безответственные обещания. Лично я никогда бы не сказала ничего подобного своей сестре, чье аутоиммунное заболевание не излечить, выдавая желаемое за действительное или используя ложные банальности. Одно дело, когда оптимистичный прогноз дает врач, и совсем другое – когда лесник.

— Вы хотите сказать, что ваши врачи не теряют надежды? – спрашиваю я Траппера, откусывая кусочек мяса. Оно очень вкусное, но это точно не курица. Я вспоминаю Буллвинкля и решаю воздержаться от вопроса.

— Полагаю, да, – говорит Траппер с веселым блеском в глазах. – Раз уж Форрест – мой врач.

Еда, которую я собиралась проглотить, попадает не в то горло, и я начинаю кашлять, глаза слезятся. Нож и вилка со звоном падают на пол, и тут же теплая рука хлопает меня по спине. На секунду мне кажется, что это Форрест – который, очевидно, врач?

Вдобавок к его внешности романтического героя, привычке рубить дрова и идеальной встрече, которая у нас с ним состоялась, откровение о том, что он еще и врач, – это уже перебор тропов. Что, черт возьми, происходит? Неужели мой самолет засосало в какой-то бермудский треугольник на Аляске? Может, я на самом деле не здесь, а ушла в отключку и пускаю слюни на клавиатуру, мечтая о новом сюжете для любовного романа? Не будь я так занята отхаркиванием легкого, я бы расхохоталась. Или заплакала. Скорее всего, заплакала бы. Я приехала сюда, чтобы начать жизнь с чистого листа, но вот я здесь, сижу рядом с мужчиной, который, кажется, воплощает в себе весь жанр, который я пытаюсь оставить позади. В моем поле зрения появляется Олли – лицо у него обеспокоенное, и я понимаю, что это его рука лежит у меня на спине.

— Ты в порядке? – спрашивает он, передавая мне воду.

Я делаю глоток и признательно киваю, после чего смотрю на Форреста, который спокойно режет свое загадочное мясо, совершенно не обращая внимания на мой кашель. Не поднимая глаз, он говорит:

— Я не твой врач, папа.

На это Джо смеется.

— Не слушай ни слова из того, что он говорит, Марго. Траппер все еще был бы в медучреждении в Анкоридже, если бы Форрест не переехал из Лос-Анджелеса, чтобы позаботиться о нем.

Окончательно оправившись от приступа кашля, я остаюсь в полнейшем шоке. Он из Лос-Анджелеса? Он бросил Калифорнию, чтобы жить здесь? Я вглядываюсь в профиль Форреста, ошарашенная своими предположениями. Я как никто знаю, каково это, когда дорогому тебе человеку становится плохо, и ощущение такое, будто почву выбивают из-под ног. Когда твои приоритеты в одночасье переворачиваются, как кубик Рубика, и жизнь перестает быть похожей на ту, какой была прежде. Когда ты исчезаешь, затмеваемый бесконечными подробностями, связанными с другим человеком: его потреблением воды, графиком приема лекарств, симптомами и улучшениями.