Книга Падение Брэдли Рида, страница 193 – Морган Элизабет

Медленно улыбка расцветает на ее губах.

— Как в прошлый раз…

Она помнит тот день в роскошном свадебном номере, когда я спросила, не умер ли кто-нибудь, потому что мне казалось, что произошло нечто страшное – моя интуиция подсказывала мне то, чего я сама не хотела признавать.

— Как в прошлый раз.

— Я не хотела тогда говорить тебе об этом, в основном потому, что твоя мама – та еще стерва, и я знала, что это будет бесполезно, но это чувство? Это ненормально. Легкие нервы и волнение? Да. Чувство, будто кто-то только что умер, когда ты собираешься идти к алтарю к предполагаемой любви всей своей жизни? Это ненормально.

Я киваю.

— Даже если бы я боялась, если бы я думала, что что-то не так, я бы побежала к Андре. Не от него, – эта правда настолько контрастирует с тем, что я чувствовала когда-то с другим мужчиной.

— Он заботится о тебе, – говорит она, проводя пальцами по моим распущенным локонам.

— Он спас меня от самой себя, – шепчу я. И это правда. Андре думает, что спас меня от глупости, от попадания в тюрьму и от замысла Брэдли. И он правда спас от всего этого, но это не главное. Он спас меня от самой себя, от жизни, в которой я ставила всех на первое место, в которой мое собственное счастье было чем-то недосягаемым. От жизни, в которой я принимала и принимала в себя незаслуженную критику, не видя собственной ценности.

Вот оно.

Наилучшая месть.

К черту блестки, тормозные шланги и пчелиные ульи. Андре был прав, хотя я никогда в этом не сознаюсь. Лучшая месть – это жить и процветать без Брэдли. Процветать, несмотря на весь опыт с ним.

И когда я иду по проходу под руку с отцом, держа в другой руке букет цветов, выращенных с любовью и обожанием, и вижу, как у Андре при виде меня начинают слезиться глаза, я осознаю, насколько сладка эта месть.

Не знаю, когда именно это произошло, но в какой-то момент за последние два года писать эти благодарности стало одним из моих любимых занятий. (Я даже с первого раза правильно написала слово acknowledgments. Надеюсь…)

Я люблю слова поддержки – дарить их, а не получать, если быть честной. Так что иметь место, где вы, дорогие читатели, вынуждены слушать, как я хвастаюсь удивительными людьми в своей жизни, – это своего рода мой рай.

Прежде всего, спасибо тебе, Алекс. Ты мой лучший друг, мой самый верный защитник. Спасибо, что ты стал моим Андре, что научил меня ценить себя и подталкиваешь меня, когда я боюсь попросить об этом. Спасибо, что так чрезмерно заботишься обо мне, даже когда это сводит меня с ума. Спасибо, что часами развлекаешь детей в парке, чтобы я могла пожить в своем книжном мире без помех, что приносишь мне холодную колу и обед, потому что знаешь, что я не буду есть, если ты не принесешь. Спасибо, что веришь в меня больше, чем я сама, и что на время отложил свои мечты, чтобы помочь мне осуществить мои. Я люблю тебя больше всех в мире.

Спасибо Райану, Оуэну и Элле за то, что вы позволяете мне быть вашей мамой. Спасибо за то, что терпите мои танцевальные вечеринки под Тейлор Свифт и указываете мне на все розовые вещи во вселенной, потому что это ваш любимый цвет. Мне невероятно повезло наблюдать, как вы растете. А теперь закройте эту книгу и никогда больше о ней ни слова, спасибо.

Спасибо Мади, самой классной дизайнерше обложек на планете. Спасибо, что поддержала меня, когда я застряла в середине книги, напомнила мне игнорировать хейтеров, запомнила вещи, которые я никогда сама не запомню, и вытерпела миллион семь голосовых заметок и бесконечные текстовые сообщения. Я так благодарна, что нашла тебя, даже если я еще не знала тебя, когда вышла книга Midnights. Наблюдать, как ты росла, отстаивала свои границы и ставила себя на первое место в течение последнего года, было просто невероятно. Я люблю тебя до Луны и до Сатурна и искренне верю, что ты – сестра, которой у меня никогда не было.