Книга Сладкая месть под Рождество, страница 71 – Морган Элизабет

Они все еще холодные, несмотря на то что я надела шерстяные носки и толстые спортивные штаны.

— Наконец-то зима. Но разве сейчас мороз не совпадает с тем временем, когда ты допускаешь холодную погоду?

Я улыбаюсь.

— Ты меня слушал.

— Я всегда слушаю тебя, блонди.

Я не обращаю внимания на эти слова и то, какое чувство из-за них возникло в моем животе.

— Да, в ноябре может быть холодно, и я даже не против, чтобы было холоднее, но у меня в комнате дерьмовое отопление. Наверное, нужно вызвать ремонтников, чтобы они посмотрели. Но они же будут идти целую вечность, а мне придется взять отгул на работе, потому что я не могу быть на сто процентов уверена, что ремонтник не пошарится в моих ящиках…

— А что у тебя в ящиках? – перебивает Дэмиен.

Я могла бы и догадаться, что он не оставит этого без внимания.

Замолкаю, сомневаясь, хочу ли я рассказывать о вещах, которые раньше составляли мне компанию, когда Ричарду было некогда заняться мной.

— Заходи как-нибудь ко мне, и я, возможно, тебе покажу.

Он издает хриплый звук, который отзывается у меня в клиторе.

— Не шути так со мной, блонди. Я, может, и кончил только что, но могу быть у тебя через двадцать минут. – Я только смеюсь, не желая сознаваться в том, что эта идея мне нравится. – Так у тебя в квартире холодно?

— Не во всей квартире, а в основном в спальне. У меня все время мерзнут пальцы на ногах.

Он смеется, и мне нравится его смех. Непринужденный. В этого мужчину можно было бы так легко влюбиться. Прямо так, да, знаю. Я почти с облегчением думаю, что нам с ним это не нужно.

Я пытаюсь прикрыть свой зевок рукой, чтобы он не услышал, но он смеется.

— Ты устала, красавица?

Он произносит эти слова тихо и нежно, и я чувствую, будто меня окутывает кашемировое облако.

— Нет, все нормально.

— Ты устала. Иди спать.

— Нет, правда, не устала, Дэмиен.

— Эбигейл…

— Мне нравится слушать тебя, Дэмиен, – признаюсь я. Мне кажется, я расслабилась от оргазма, оставившего меня без сил, и от того, что наконец почувствовала тепло, закутавшись в одеяла, но я все еще могу говорить. – Не люблю быть одной. Я хочу слушать тебя.

Так, это еще что такое?

Дэмиен затягивает длинную неловкую паузу, прежде чем ответить, и на долю секунды у меня даже возникает желание повесить трубку, заблокировать его везде и покончить со всем.

Но он снова подает голос:

— Хорошо, блонди. Я останусь на связи, расскажу тебе, как прошел мой день. А ты засыпай, ладно?

И я засыпаю под негромкий рассказ Дэмиена Мартинеса о том, как прошел его день.

Телефон Эбигейл издает сигналы с тех пор, как я за ней заехал, и она невероятно мило то краснеет, то бледнеет каждый раз, когда это происходит. Иногда она не обращает на него внимания, а порой смущенно улыбается, бросая на него взгляд.

И, когда она это делает, ее лицо напрягается от… ревности?

Что-то внутри меня воспламеняется каждый раз, когда я вижу это выражение. Эту ревность. У нее там фотографии какого-то мужчины с другой женщиной? Это фото ее бывшего?

Каждый раз меня словно обжигает кислотой.

Я понимаю, что мы не в тех отношениях. У нас ничего серьезного. Я ей сказал об этом с самого начала, но прямо сейчас, видя ревность на ее лице, я неизбежно задаюсь вопросом, не совершил ли огромную ошибку.