Книга Сладкая месть под Рождество, страница 81 – Морган Элизабет

Он перекатывается и нависает надо мной. Это его движение я уже начинаю любить.

— Да, а еще он валялся у нее в ногах. И я тоже сказал ему пару слов, помог понять, каким идиотом он был.

— Ты хороший сын, – говорю я и дотрагиваюсь до его щеки, слегка покрытой щетиной.

— Да, но сейчас я бы хотел сменить тему разговора.

Я улыбаюсь еще шире.

— Ах, да? И почему же?

— Прямо сейчас я хочу прижаться к полностью обнаженной женщине моей мечты, потому что у меня было достаточно времени, чтобы восстановить силы.

— Да уж, должно быть, сложно быть пожилым мужчиной, которому требуется столько времени, чтобы восстановиться, – говорю я, и у меня лицо чуть не рвется от улыбки.

— Что вы говорите, девочка? – он с вызовом поднимает свои густые брови.

— Ну, знаешь ли, ты же на четырнадцать полных лет старше меня. Должно быть, сложно угнаться за мной.

— О, я покажу тебе, как это сложно, – говорит он и с рычанием прикусывает кожу на моей шее, а затем спускается ниже.

И он правда демонстрирует, как хорошо может угнаться за мной.

А к концу вечера я сдаюсь первая.

Ричард никогда не изъявлял желания познакомиться с моей сестрой или теми людьми, которых я называю семьей. Так было до тех пор, пока я не сказала ему, что Ханна собирается замуж за магната индустрии развлечений – Хантера Хатчинса. И вот тогда волшебным образом он заинтересовался моей семьей и теми, с кем я могла бы его свести.

Когда Хантер и Ханна приезжали в город, мы запланировали целый день развлечений. С тех пор как я обосновалась на Лонг-Айленде, это была наша первая непринужденная встреча с Ханной, и я дождаться не могла, когда мы проведем целый день вместе с ней и ее женихом.

Я запланировала тур по достопримечательностям, всякую всячину и отметила, в каких ресторанах быстрого питания мы могли бы перекусить. Помню, как накануне нашей встречи я рассказывала о своих планах Ричарду, показала ему наш предстоящий маршрут, а он сказал что-то вроде: «Это же Хантер Хатчинс, Эбби, а не какой-то турист из твоего родного городишки. Нужно сделать что-то невероятное, впечатлить его».

Это был тысяча семисотый по счету тревожный звоночек. Я даже помню, что на долю секунды подумала, что ошиблась насчет него, что он не мой единственный и мы слишком разные.

Но та доля секунды долго не продлилась.

Какая жалость.

В тот день мы катались по городу, мы с сестрой хихикали, смеялись и наслаждались жизнью так, как умеем, когда вместе, и я видела, как Ричард пытается подлизаться к Хантеру.

Безрезультатно.

Дело в том, что Хантер не любит никого и ничего на свете больше, чем мою сестру. Так было с момента их первой встречи, хотя она прошла не гладко. Этот мужчина продал бы свою компанию и уехал бы жить в лесную хижину, если бы подумал, что это сделает Ханну счастливой.

И он бы никогда не позволил какому-то заносчивому придурку омрачить наше веселье, а тот именно это и пытался сделать.

К двум часам дня Ричард понял, что не особо понравился Хантеру, и после этого потерял вообще всякий интерес к любым связям с моей семьей.

Он никогда в жизни не ездил со мной в Спрингбрук Хиллз на праздники. Ричард всегда уезжал к своей семье в Аспен или Хэмптонс и оттуда присылал мне жалкое сообщение «С Рождеством» двадцать пятого декабря.