Книга Зимнее солнце, страница 262 – Бейза Аксой

— Я считаю, что она осознает серьезность содеянного и предпринимает шаги, чтобы снизить тяжесть наказания, которое ей предстоит, когда о ее действиях станет известно, – честно ответила я.

— Да как ты…

— Оставь, Шейма, пусть остается при своем мнении, – сказала мамочка, резко перебив ее. В тот момент я почти поверила в ее благие намерения, но не могла выбросить из головы то, что она сделала: как загнала меня в угол в туалете дворца и как сказала, что на самом деле раздумывала о сумме, которую можно за меня выручить, когда я думала, что она защищает меня от Ахмета.

— Если ты действительно хочешь помочь мне, то дай телефон. – Я скрестила руки на груди.

— Хочешь позвонить своему возлюбленному? – спросила мамочка. – Ты ведь не думаешь, что Видар не знает о том, что происходит? – Она рассмеялась. – Ты всерьез допускаешь, что Кунт Видар Карьели не в курсе похищения своей невесты?

— Чьей невесты? – Сигаретный дым, который втягивала Шейма, встал у нее в горле, она согнулась и начала сильно кашлять.

В попытке согреть замерзшие руки я натянула рукава джемпера до самых кончиков пальцев. Что пыталась донести эта женщина?

— Значит, он знает?

Мамочка снова рассмеялась.

— Что тебя так веселит? – Я повысила голос, раздраженная ее непрерывным смехом. – Разве происходит что-то смешное?

— Я разговаривала с ним на ферме, куда тебя отвезли после твоего побега из дворца. Им потребовалось не больше сорока пяти минут, чтобы выйти на меня. То есть да, он все понял, как только ты ушла.

— О чем вы говорили?

— Завтра вечером он будет на вечеринке на яхте, – сказала мамочка, и я облегченно выдохнула. – Но это все, что я знаю. Мы разговаривали всего минуту, пятьдесят пять секунд из которой было потрачено на ругань и угрозы.

— Ахмет тоже там будет?

Она кивнула.

— Это будет трудный день. Тебе лучше выспаться. – Она отвела взгляд. Вероятно, ее тревожили мысли о сыне. – Шейма, принеси мои сигареты, мне захотелось покурить.

— Твоя пачка закончилась, – сказала Шейма, потушив сигарету в пепельнице. Она все еще была в шоке от всего услышанного. – Сейчас попрошу соседского мальчишку сбегать в магазин, дам ему немного денег.

— У двери стоят люди. Скажи им, чтобы они купили.

Шейма кивнула и ушла. Меньше чем через минуту она вернулась с двумя теплыми куртками в руках и протянула их нам. Поскольку мне не хотелось заходить внутрь, а на террасе было очень холодно, я без раздумий надела одну из них. В этот момент я осознала, насколько сильно замерзла, однако нельзя было рисковать, потому что в квартире могли быть прослушивающие устройства. Значит, эта женщина разговаривала с Кунтом…

— Как тебя смогли убедить слова Кунта, если судьба твоего ребенка находится в руках этих людей?

— Ничьи слова или действия не повлияли на мое решение. Когда он связался со мной, ему было известно, что завтра я повезу девочек на вечеринку на яхте, и он попросил меня взять тебя с собой. Вот и все. Позже Ахмет попросил сделать то же самое, так что просьба Карьели оказалась выполнена. Мой сын в руках Ахмета. Поэтому я сделаю все, что он скажет. Тем не менее я не собираюсь делиться с ним информацией, пока он сам не начнет задавать вопросы. А учитывая, что он ничего не подозревает, такие вопросы вряд ли возникнут у него в голове.