Книга Нью-Йорк. Карта любви, страница 129 – Ками Блю

— Хорошо.

— Помнится, где-то здесь был клубешник, где частенько зависает один мой приятель, буквально зациклился. Можем после ужина туда заглянуть… – Он выуживает из кармана телефон. – Сейчас узнаю у него адрес, посмотрим, стоит ли клуб того.

— А что за клуб? Может, я знаю?

— Вряд ли… Местечко такое, для коренных нью-йоркцев.

— И все же, – не отступаю я, стараясь не раздражаться из-за его очередного и не слишком завуалированного намека на мою неполноценность. – По работе мне пришлось немало узнать о местных клубах и ресторанах.

— Из того, что я слышал, это должно быть историческое заведение с живой музыкой и интимной атмосферой.

Предпоследнее слово он произносит с едва заметным нажимом, и я отвожу взгляд. Тут до меня доходит, о чем речь.

— Ну точно! – Я сразу вспоминаю соответствующую главу путеводителя. – Я думаю, это «Смоллз». С удовольствием бы сходила: там выступают очень хорошие джазовые музыканты и…

— Джаз?! – прерывает меня Дэнни. – Только не джаз, терпеть не могу это нытье.

Сдуваюсь, точно воздушный шарик, проколотый его безапелляционностью. Дэнни, кажется, не замечает, продолжая обнимать меня за плечи, укутанные Алвиным песочным пальто.

— Поищем лучше что-нибудь другое. С коктейлями и диджеем, обновляющим репертуар хотя бы раз в десять лет, – смеется он.

— Тоже пойдет, – соглашаюсь я, силясь окончательно не растерять позитив.

Такси останавливается у красной неоновой вывески «Корнер-бистро». Надеюсь, что ужин вернет все на свои места и свидание опять сделается приятным – в кино все было весьма неплохо. Пока что поездка в такси показала одно: беседа с Дэнни – это полоса препятствий, на которой перечить ему – самый эффективный способ финишировать последней.

* * *

В переполненном пабе со стенами, отделанными деревом, мы восстанавливаем хорошее настроение, и ужин проходит вполне мило. Дэнни рассказывает о работе в продюсерской компании, предупредив, что информация строго конфиденциальна. Мы смеемся над разными забавными происшествиями времен их с Джошем совместной учебы в колледже. Я рассказываю о своих любимых блюдах, он – о своих. В общем, нам удается избежать неприятной полемики, вроде произошедшей в такси.

— Я нашел идеальное место! – заявляет он, быстро погуглив. – Это рядом с Кристофер-парком.

Он зачитывает несколько отзывов, но я слушаю как-то рассеянно. К мигрени и головокружению прибавилась неприятная тошнота. Говорю себе, что это из-за гамбургера с двойным острым соусом или от холодного ветра, дующего весь день, и вскоре все пройдет.

— Значит, вызываем такси, – с энтузиазмом заключает Дэнни, окончательно выбрав место нашей следующей стоянки.

Прижимаю ладони ко лбу и массирую виски. Новый укол боли, новый приступ головокружения, и меня опять мутит. Начинаю опасаться, что дело не только в соусе. За ужином я старалась не концентрироваться на мигрени, надеясь, что на полный желудок она пройдет. Не тут-то было.

— Что с тобой? – спрашивает Дэнни, заметив, какое у меня лицо.

— Ужасно жаль вот так прерывать наш вечер, но мне нехорошо, – смущенно бормочу я.

— У меня должен быть антацид… Обещаю впредь тебя не подпаивать, – шутит он.

— Не думаю, что проблема в несварении. Мне неважно с самого утра, а теперь стало хуже. Я, пожалуй, домой.

Он скрывает разочарование за улыбкой: