Книга Нью-Йорк. Карта любви, страница 50 – Ками Блю

«Они хотя бы попробовали». Не знаю, откуда приходит эта мысль. Натолкнули меня на нее строчки Неруды, морозный воздух или вся окружающая обстановка, но решаю срочно взяться за работу. Создаю новый файл и записываю первые же слова, которые приходят в голову. Хаотично, без скрупулезного следования порядку «квартал за кварталом», которым пользовалась до сих пор. Пишу по наитию, позволив волшебству парка охмурить и меня.

* * *

— Это взлом! Не желаю, чтобы меня арестовали за соучастие!

Мы стоим на тротуаре перед воротами, запертыми на здоровенный замок и преграждающими вход в Гроув-корт. Едва минул полдень, солнце жарит так, что камни плавятся, – короче, идеальные условия для взлома замков и нарушения границ частной собственности, ага. Но Говард упирается как баран. Мол, он должен сфотографировать одно из самых запоминающихся местечек Вест-Виллиджа и (цитирую) «немыслимо, чтобы объект городского наследия был недоступен для публики».

— Скажу, что принудил тебя, – обещает он, дергая замок. – Что вскружил тебе голову своим безграничным обаянием и ты просто не смогла мне отказать.

— Очень правдоподобно. А все-таки за каким нам понадобилось туда вламываться?

— Чтобы поамурничать, разумеется. – Мэтью оборачивается, озаряя меня многообещающей улыбкой. – Готово, – объявляет он, и замок щелкает в его руках.

— С каких это пор безупречный профессор Говард Серый умеет взламывать замки?

— У меня много скрытых талантов, Митчелл. Знала бы ты остальные…

Бросает быстрый взгляд на меня, затем на дорогу и бесцеремонно толкает в ворота.

Мы во дворе. Перед нами шесть домиков с белыми окнами и ставнями на кирпичных фасадах вишневого цвета. Стены заросли плющом, по ухоженному патио разложены… тыквы.

— Хеллоуин же только через две недели, – изумленно бормочу я.

Не призналась бы в этом даже под пытками, но я понимаю, почему Говард сюда рвался: тут изумительно. Он подходит к огромным тыквам, окружающим центральную клумбу.

— Здесь записка и счет. Кто-то совсем недавно оставил их для жильцов.

Приникает к фотоаппарату в поисках идеального кадра, а я с любопытством исследую дворик. Мэтью щелкает затвором, что-то бубня под нос.

— Думала, ты хочешь вставить в путеводитель только фото сладких-пресладких парочек.

— Я так и собирался, но разве ты не видишь тут парочку, Митчелл? Очки нужны?

Огрызнуться не успеваю. Одна из дверей среднего дома распахивается, и оттуда выглядывает сердитый джентльмен лет семидесяти.

— Кто вы, черт вас подери? – орет он.

Говард распрямляется и поднимает руки, как грабитель, застигнутый на горячем.

— Мы только хотели сделать несколько снимков, уже уходим, – пытается он успокоить старика, однако тот окончательно взбеленился:

— Вы не видели объявления? Хулиганье, это же частная собственность!

— Да-да, мы знаем, – испуганно блею. – Извините, сэр.

Хватаю Мэтью за руку и тащу к воротам, цедя сквозь стиснутые зубы:

— Говард, клянусь, я убью тебя.

— Мы… Писатели! – оправдывается тот, пытаясь вырваться. – Да отпусти ты, не желаю я удирать!

Я же могу думать только о бегстве. Подойдя к рассерженному старику, он достает из заднего кармана джинсов бумажник:

— Простите за замок. Вот, этого хватит на новый. Мы собирались позвонить и попросить разрешения, но не хотелось никого беспокоить. Нам нужно всего несколько фото.