Книга Фавориты, страница 87 – Лэйн Фарго

Первое весеннее потепление у нас на Среднем Западе называют «весной для дураков». Местные жители знают, что долго такая оттепель не продержится, – не успеешь сбросить пальто, как тут же ударят заморозки.

Однако радоваться теплым денькам никто не запрещает.

В конце марта температура поднялась до пятнадцати градусов. Со дня выписки из больницы прошло десять недель – срок, после которого разрешалось заниматься спортом. Мы с Хитом пробежали через лес до конюшни трусцой, а обратно пустились наперегонки.

Кроме нас, в имении по-прежнему никого не было. В доме мы обнаружили кипу счетов из местной адвокатской конторы, из которых нам стало известно, куда исчез Ли. Оказывается, брата посадили в тюрьму за то, что он хранил у себя наркотики с целью сбыта. Судя по всему, это был уже второй его срок: в первый раз Ли угодил за решетку несколько лет назад, после того как его поймали за рулем в нетрезвом виде. Откровенно говоря, меня не сильно удивило, что брат попал в тюрьму. Гораздо больше потрясло то, что у Ли хватило ума заняться бизнесом, пусть даже таким незаконным и аморальным.

Хит бежал рядом со мной. Мы петляли между кленовыми деревьями, усыпанными румяными почками. Над головой весело трещали стайки возвратившихся с юга краснокрылых дроздов. Прибавив шагу, я пошла на обгон.

Физическая нагрузка приносила мне радость. Я наслаждалась работой мышц, чувствовала в ногах забытое жжение. Спортсмену знакомы все до единого оттенки боли. Боль бывает как нестерпимой, так и приятной, граничащей с удовольствием.

Вдали показался дом. Его каменный серый фасад поблескивал на солнце крапинками слюды. Хит догонял меня, но я не сдавалась: рванув из последних сил, обошла его на финише, выскочив на опушку первой. Тяжело дыша, мы повалились на землю, покрытую жухлой травой.

— В поддавки играешь, – упрекнула я Хита.

— Нисколько! – расплылся он в улыбке.

Во мне проснулись новые силы, я чувствовала себя бодрой и энергичной. О травмах теперь напоминали только блестящие розовые шрамы на ноге и ладони.

Труднее всего приходилось в первые недели после чемпионата. Голова болела, сознание мутилось, и швы никак не хотели заживать. В те дни я лишь с трудом передвигалась по дому. Но время шло, и вскоре я уже начала выходить к озеру. А еще немного спустя – совершать пробежки.

В постели мы тоже добились немалых успехов: от осторожных ласк перешли к бурному, горячему сексу, от которого раньше всегда приходилось воздерживаться. Прошли времена наших тайных встреч в общежитии, торопливых свиданий в гостиничных номерах. Теперь мы наконец-то могли дать себе волю. Я окрепла, и Хит уже не боялся, что причинит мне боль.

Но всякий раз, когда я заводила речь о возвращении на лед, он уклонялся от разговора. «До нового сезона еще далеко, – говорил Хит. – Не будем торопиться с решением». А когда я вспоминала о нашей былой разлуке, он сразу менял тему. Или старался отвлечь меня. И я не возражала.

Приподнявшись с земли, Хит наклонился ко мне, чтобы поцеловать. Волосы упали ему на лицо. Они здорово отросли и вились еще сильнее, чем раньше. Я потянулась к его губам. Но вдруг заметила, что на крыльце стоят две фигуры. Одна высокая, другая – пониже.

Хит вскочил на ноги.

— Эй! – крикнул он, отряхиваясь. – Здесь частные владения!