Книга Эш и Скай, страница 115 – Нин Горман, Матье Гибе

Холодные капли бьют по лицу, я стою на коленях и думаю, что же мне теперь делать. И тут меня накрывает тень. Мисс Паркс нависает надо мной с зонтиком в руке.

— Возьмите себя в руки, Скай. Милая, вы одна из лучших официанток, с которыми мне доводилось работать. Уж поверьте, их немало прошло через мое заведение! Вы легко находите общий язык с гостями, вся светитесь, у вас всегда хорошее настроение, и лентяйкой вас никак не назовешь. Но позвольте сказать, что в обычной жизни вы всего-навсего маленькая дурочка.

— Вы правы, я всего лишь…

Я не успеваю договорить: мисс Паркс опускает зонтик и, несмотря на свой преклонный возраст, становится на колени рядом со мной, чтобы крепко меня обнять. Я позволяю ее рукам мягко обхватить меня и чувствую, как ладонь мисс Паркс гладит мои мокрые волосы.

— Милая моя, мы каждый день учимся жить. Каждый день. Смиряемся с потерями и движемся дальше.

Мисс Паркс всегда отличалась проницательностью. Она знает Эша, хорошо изучила нас двоих, и, кажется, ей жаль, что наши отношения закончились вот так. К горлу подступает тошнота. Я вдруг вспоминаю, что мисс Паркс – вдова. Подробностей я не знаю, ее муж погиб во время войны во Вьетнаме. Получается, она больше пятидесяти лет одинока. И детей у нее нет… Только команда криворуких работничков, которые разводят драмы в ее маленьком кафе. И тем не менее она баюкает меня так, словно я ее родной человек. В этих любящих объятиях я наконец позволяю себе выдохнуть. Никто никогда меня так не баюкал.

Мы стоим на коленях под дождем, и на несколько секунд – на целую маленькую вечность – я чувствую, что я не одна.

Я оставила на том кладбище частичку себя.

Каждый день мне приходится прикладывать неимоверные усилия просто для того, чтобы встать и сделать шаг.

Мне не хватает его. Это реальность, которой я должна взглянуть в глаза.

Теперь я понимаю, что двигалась вперед и побеждала своих демонов, черпая силу в наших партиях, мгновениях, проведенных вместе… в его присутствии.

И мне нужно заново учиться делать все это без него.

Должно быть, я слишком долго сижу на своей кровати и смотрю в никуда, потому что Вероника успевает выйти из душа, а видит бог, она там и три часа может проторчать. Она принимается сушить волосы, неодобрительно поглядывая на меня.

— Скай…

Я не удосуживаюсь даже повернуть голову в ее сторону.

Она садится рядом на кровать – кровать, на которой я лежала с Эшем. Я прикусываю губу. Меня саму от себя тошнит: ну почему я не могу перевернуть эту страницу своей жизни?

Обычно Вероника проводит больше времени у Паркера, чем в общежитии, но в начале этой недели она вернулась. Мне даже не пришлось ничего ей объяснять: все было написано у меня на лице.

— Пойдем с нами, тебе не помешает развеяться.

— Не сегодня, Веро…

Я вспоминаю о том, как мы в прошлый раз собирались выйти развеяться: тогда мама позвонила сообщить, что пригласила Кларксов на ужин в честь Дня благодарения. В тот вечер у нас с Джошем все пошло слегка не так, как я рассчитывала. Вернее, совершенно не так.

— Скай, мы с тобой не говорили о том, что случилось, и я вижу, что ты не хочешь ничего обсуждать, но это и не нужно, я же не слепая. Когда ты приехала в начале года, то притащила сюда багаж прошлого, от которого хотела избавиться. Не позволяй Эшу свести на нет все твои усилия. Сходи в душ, оденься, и пойдем.