Онлайн книга «Бесчувственный Казанова»
|
— Боже мой, – проговорила она еле слышно, виляя изящными пальцами и любуясь кольцом. – Оно великолепно. Я знал, что это не притворство. Ее фиолетовые глаза сверкали как бриллианты. Я удивился, что ей так понравилось дешевое украшение. — И вполовину не так великолепно, как ты. – Я ринулся вперед, обхватил рукой ее затылок и поцеловал в висок. Ее кожа была горячей, мягкой и просто восхитительной. Слишком чистой для такого коварного легкомысленного создания. Даффи замерла, едва мы прикоснулись друг к другу, и затаила дыхание. Я отстранился с большей неохотой, чем готов признать. Мы встретились взглядами и застыли в странном трансе. — Мне сказали, там помолвка. – Голос проводника нарушил тишину в вагоне, отчего все разразились радостными возгласами и смехом. – Поздравляю счастливую пару. Поппинс огляделась со смущенным и растерянным видом. — Эй! – прокричала женщина в костюме, направившая на нас телефон. – Это было лучшее предложение руки и сердца, что я видела. Ты уж хотя бы поцелуй его как следует. — Целуй! – Толпа начала скандировать. – Целуй! Целуй! Целуй! Я опустил взгляд, чтобы уловить выражение лица Поппинс. Казалось, она вот-вот упадет в обморок. Я вытаращил глаза, надеясь передать: «Ты не обязана это делать. Мы ничего не должны этим людям». Но на самом деле будет выглядеть ужасно странно, если она меня не поцелует. — Целуй! Целуй! Целуй! — Черт, милая, если ты его не поцелуешь, это сделаю я, и на этом не остановлюсь! – со смешком пригрозила пассажирка. Даффи огляделась, словно в оцепенении. Она явно была потрясена. Ее лоб покрылся испариной. Внезапно я почувствовал себя первоклассным гадом за то, что поставил ее в такое положение. Я знал, что она не любительница публичных признаний, и все же сделал это по собственным эгоистичным соображениям. «Прости», – произнес я одними губами. Я правда сожалел. Не настолько, чтобы при возможности поступить иначе (слишком уж привык ставить себя выше других), но, увидев ее такой несчастной, испытал те же ощущения, как в тот раз в Испании, когда заработал сильное пищевое отравление. Поджав губы в отвращении Даффи встала на цыпочки. Все происходило, словно в замедленной съемке. Она неловко опустила руку на мою грудь, мышцы которой инстинктивно напряглись от ее прикосновения. Из-за этого Даффи резко отпрянула, а я, в свою очередь, обнял ее за талию, чтобы не упала. Она подняла голову. Ее глаза наполнились страданием и тревогой. Ничего прекрасней нее я еще в жизни не видел, включая все пейзажи на планете Земля. Ни одна гора, холм, озеро или океан даже рядом не стояли. — Ты не обязана, – тихо проговорил я. – Помнишь, о чем мы говорили? Не давай людям властвовать над тобой. — Я… Я… Я… — Хочешь меня убить? – предположил я, пока все присутствующие в вагоне продолжали скандировать, требуя поцелуя. Отчего-то казалось, будто голоса заточили нас в уединенной капсуле, в которой мы остались вдвоем. Даффи пошевелила языком во рту, словно он онемел. — Я боюсь публичных выступлений. — К счастью, у нас зрители поневоле. — Целуй! Целуй! Целуй! — Нет, ты не понимаешь, я… – Она сделала прерывистый вдох. – В детстве я не пользовалась особой популярностью. Училась в государственной школе для талантливых детей на полной стипендии, а Киран ходил в «нормальную» школу. Я была там единственным ребенком из бедной семьи. А я была… ну, очень бедной. На переменах другие ученики собирались вокруг меня и выкрикивали все, что обо мне думали. О моей форме, семье, о моем… моем ланч-боксе. О том, какой он пустой. Я не люблю внимание. |