Книга Апокалипсис 1920, страница 64 – Артем Рудик, Вика Вокс

— А какое право он имеет говорить мне, где быть, а где нет?

— Ну, не забывай, что ты на территории его ресторана.

— А почему у него есть ресторан, где он может задавать свои правила? Почему у других может быть целая страна, где они тоже указывают кому и что делать? Разве это справедливо?

— Люди тем не менее довольны.

— Только пока им есть с кем идти в ресторан. Как останутся одни, поймут, насколько глупое это правило. Хотя они могут и струсить бунтовать против правил, лишь пытаясь их обойти или может пойдут в другой ресторан, где более дружелюбны к одиночкам, чем здесь. На людей вообще не стоит надеяться в вопросах справедливости. Те кто за них действительно борются, оказываются разорванными. Те же, кто лишь присасывается к борьбе и зарабатывают на них, обычно возносятся до небес. Такова человеческая природа.

— Так стоит ли справедливость для них того, чтобы бороться за неё? Может быть оставить эту справедливость только для себя, как делают другие?

— Тогда порочный круг точно никогда не разорвётся. Бороться надо не за наступления справедливости, а за шанс на неё. Шанс для всех.

— И ты не боишься поддержать в этой борьбе не тех?

— В каком смысле?

— Ну, ты сам сказал, что люди часто оказываются в дураках и рады этому. Не думал ли ты, что и ты дурак? Ну, например ты помог мне, а я, может, конкурент хозяина этого ресторана? Или, может, вообще преступник? И ты помог мне проникнуть сюда и испортить его бизнес. Справедливо ли это?

— Из двух зол надо выбирать меньшее.

— Но ты не знаешь какое будет меньшим.

— Тогда я буду поддерживать то, что выглядит приятнее или говорит на моём языке. В случае с тобой, тут сразу оба варианта. Вряд ли бы я встал на сторону янки, который вводит идиотские правила. Или никого не поддержу, или тебя.

— Это будет справедливо?

— Нет, ничуть. Но не всё в жизни можно отнести к вопросам справедливости. Иногда ты просто даёшь волкам перегрызть друг друга и ждёшь, что они ослабнут в борьбе.

— А если волки заодно и просто делают вид, что у них конфликт? Не больно осознавать себя пешкой?

— Осознание путь к освобождению. Какое-то время я могу не понимать, что играю в чужую игру, но если всё же пойму, то у них будет очень опасный враг. По крайней мере, мне хочется так о себе думать.

— Интересно-интересно, особенно учитывая то, что я знаю...

Я не успел ни спросить, что именно он знает, ни даже дослушать его фразу, так как снаружи ресторана раздались выстрелы. Уже через пару мгновений в помещение ворвались четверо псов в длинных пальто, смешных шляпах-фетровках, и с браунингами восемнадцатого года. Один из них выступил вперёд и обратился явно к моему собеседнику:

— Azrael? Vigilante sends his regards! – сразу после этой фразы они открыли огонь.

Я даже опомниться не успел, как опоссума изрешетил целы град пуль. Никак не успев помешать столь скоротечной расправе, я тем не менее, без сомнений ринулся на нападавших. Ближайшего бандита я вырубил голыми руками, и когда остальные решили переключиться на меня, перешёл в состояние "облака", через которое пролетели пули, и быстро раскидал обидчиков.

Благо те не были проклятыми и дело было за малым: как следует их приложить, чтобы отключить на достаточное для прибытия местных шерифов время. Что ж, вот так вот я и выполнил работу по поддержанию порядка в дали от того места, где должен был бы. И от сего чувствую себя странно.