Книга Молоко и мёд, страница 26 – Артем Рудик

— Меня сложно за это винить. – пожала плечами козочка.

— Бесспорно. Но я всё же буду вас обвинять. В том, что вы влезли, куда вас не просят! Я тут уже полтора месяца веду операцию под прикрытием, пытаясь понять, где прячется Мауи, а вы пришли и навели шороху, заставив его пересмотреть свои планы и действовать быстрее! – сказал опоссум, недовольно скрестив руки на груди.

— Разве он не затерялся среди колпаков? – спросил я, – Мне в КГБ сказали.

— В КГБ его могли и спутать. Я сам думал, что он прячется здесь. Даже была теория, что он хочет взломать Форт-Нокс. Но, кажется, это не совсем то, как он планирует ударить по нашему коллеге. Здесь он, конечно, набрал приспешников, но удар хочет нанести как-то иначе. Как? Вопрос хороший и мне бы очень хотелось знать на него ответ.

— Ты, кажется, упоминал про "поручения", Зефирка. – напомнила Памперо.

— Да, как только вы устроили то, что устроили, трое клановцев резко подорвались со своих мест и с некими тубусами отправились в разные стороны. Как вы можете понять по тому, что я оказался здесь, след я несколько потерял. Но у меня есть несколько наводок, касательно того, куда они могли направится.

— Отлично, расскажешь? – предложил я, намекая, что мы с козочкой присоединимся к его преследованию.

— Если вы будете действовать также топорно и глупо, как сегодня... – начал было Зефир.

Но был прерван патагонкой:

— Ты не сможешь быть в трёх местах одновременно. А вот так нас будет как раз трое. Давай, не дури. Мы может не настолько невероятные шпионы, как ты, но и я, и Феликс, информацию выбивать умеем. Найдём этих клановцев, начистим бока и узнаем, где искать убийцу Мартина.

— Ладно. – опоссум грузно выдохнул, понимая, что козочка права, – У ККК сейчас есть три ключевые точки, куда бы они хотели ударить. Если нам очень повезёт, мы перехватим всех. Я знаю, что есть у нас один проклятый, что состоит в "Организации Джона Бёрча", этих чудоковатых конспирологов и уговаривать не надо, чтобы насолить американской армии...

— Вьетнам? – предположил я.

— Да, он направился в Ханой с некой информацией для Хо Ши Мина, чтобы положить конец "войне во имя заговора коммунистического правительства США" или какая-то такая странная мотивация там была.

— Этим тогда я займусь. – сказала Памперо, – Найду его прежде, чем он успеет ступить на вьетнамскую землю.

— Хорошо, – согласился Зефир, – Тогда я поеду в Каир за одним из местных антисемитов.

— А что остаётся мне?

Зефир помедлил, но затем сказал:

— А тебе, Феликс, как младшему, остаётся самое простое. Слышал про "Лето любви"?

Северный Вьетнам, Тонкинский Залив, 15 января 1968 года

У всего есть своя цена и каждый обязан её платить. Цена есть и у свободы: вечно падать в бездну. Вернее, это только ощущаться будет вечностью. Сам полёт едва ли займёт и несколько секунд, после которых тело захлебнётся в колодце боли. Конечно, если не повезёт потерять сознание в пути.

В древние времена, когда люди были как звери и их боги ещё существовали, я и была рождена. Для свободы. И, конечно, обречена упасть. С самого рождения во мне заметили ДАР. Его холили, лелеяли, взращивали. Меня украшали слезами неба – серебром. Меня одевали в красивые одежды и учили замысловатым ритуальным танцам. Именно с их помощью я лечила страждущих, предсказывала будущее, приносила процветание в бесплодные горные долины, вызывала дожди на обширных террасах древней империи.