Книга Замужем за немцем, страница 24 – Света Беккум

— Ну вот, тебе у нас уже и нравится! – я была довольна результатом. Впереди нас ждал хороший день.

Озадаченный моим предстоящим замужеством (что ей, наших мужиков не хватает?), Толик молча рулил, попыхивая в окошко папироской. Подружки весело щебетали на передних сиденьях, а сзади Иван общался со своим ровесником Васильком – Риткиным младшим сыном.

— А что, этот немец – настоящий? – услышала я взволнованный шёпот Василька и навострила уши.

— Самый что ни на есть настоящий! – серьёзно отвечал Иван.

— А вдруг придут русские солдаты и его расстреляют?

— Не расстреляют, он хороший немец.

Ну слава богу, приехали!

На турбазе решено было не ночевать. Во-первых, дешевле, а во-вторых, Леопольд уже и так намучился на Ваниной раскладушке и турбазовскую кровать с прогнувшейся панцирной сеткой точно бы не перенёс.

Кроме того, ему предстояло испытание уличным туалетом – деревянным домиком с дыркой в полу. Турбаза была средней руки и едва подремонтирована с перестроечных времён. В деревянных домиках стояли лишь кровати и маленькие прикроватные тумбочки. Зато на улице, в просторной беседке, овитой плющом, можно было закатить настоящий пир, расстелив клеёнку на широком столе. Тут же стоял довольно приличный самодельный мангал. Шампуры и мясо мы привезли с собой.

Шикарный ельник шумел полезным воздухом, а в нескольких шагах расстилалась гладь небольшого озера с белыми кувшинками. Красота!

Девочки доставали из пакетов запасы с едой и водой, а довольный Толик, который доверил мне сегодняшнюю доставку народа по домам и, соответственно, мог теперь выпивать, разводил огонь в мангале.

Всем нам знакома задушевная атмосфера отдыха на природе в хорошей компании. Практически непьющий Леопольд позволил себе немного расслабиться и вовсю общался с русским народом.

Девочки заранее заготовили темы для разговора, а сложности перевода взяли на себя я и Ритуля.

Было очень сложно, признаюсь. Три языка – русский, немецкий и английский – смешались у меня в какую-то кашу. Но с каждой рюмочкой интенсивность беседы только нарастала.

— Нет, вот ты погоди, – перебивал нас Толик. – Вот ты немец. Так скажи, какую машину лучше покупать?

— Покупай «мерседес», качество хорошее.

— Да ты обалдел, что ли? Где мне столько денег взять? Они ж дорогущие!

Любившая повеселиться, уже хорошенькая Марьяна затянула «Ой, то не вечер, то не вечер», и мы подхватили спевшимися за тридцать лет дружбы голосами. А потом зажигали вместе с детишками под «Пан пан Американо», крутя попами, как неприличные женщины.

Весёлый Леопольд отплясывал вместе с нами в свойственной только ему одному манере. Звёзды прыгали над нашими головами, и тут это и произошло.

Марьяна опрокинула рюмашку мимо рта на кофточку и, улыбаясь во весь рот, громко произнесла на чистом немецком языке, глядя Леопольду прямо в ясные глаза:

— Русишь швайн!

А стоявшая рядом Рита машинально добавила:

— Гитлер капут…

— Дастишь фантастишь! – вставила я свои пять копеек. И мы расхохотались как сумасшедшие по только нам одним известной причине.

Потом я развозила подвыпившую компанию по домам. Мы выгружали самовар, недоеденный шашлык и сонных ребятишек, и Лео обнимался с новыми русскими друзьями.

В день отлёта я провожала Леопольда в нашем маленьком аэропорту. В чемодане он вёз домой бутылку русской водки, блок саратовской «Примы» и платок из козьего пуха для мамы.