Книга Моя бывшая жена, страница 104 – Оливия Лейк

— Именно из-за возраста, – спокойно ответил Саша. – Думали, приживется в лучшем случае один.

— А риски?

— Подсадку делали не в Германии. Немцы в такую авантюру не влезут.

— А яйцеклетки, Саш? Она что, всю жизнь их на черный день откладывала?

Он заразительно рассмеялся и, ловко орудуя ножом и вилкой, рассказал, как проводятся такие манипуляции.

Мы так увлеклись, что я не заметила, как выпила два бокала вина и съела все, что мне принесли. Мне нравилось разговаривать с ним. Даже спорить. Потому что это не было только для того, чтобы доказать правоту. Это аргументированно и честно. Сойдемся ли мы в остальном? Мы ведь не целовались даже, кроме того единственного раза.

— Поедем? – спросил Саша, оплатив счет. Он едва пригубил вино, чтобы отвезти меня… Домой или?

Я поднялась, невесомым движением поправила платье. Я готовилась к сегодняшней встрече. Во всех смыслах. Не девочка уже, понимала, что рядом со мной взрослый мужчина: не могли же мы только за руки держаться. Вот и сейчас тяжелый взгляд Бельского, скользнув по обтянутой черным шелком груди, упал на мои бедра, туда, где в разрезе мелькали ноги. Голубые глаза потемнели и, поднявшись к моему лицу, сказали больше, чем все слова мира.

Швейцар помог мне с пальто и открыл дверь. Саша смотрел на меня, не отрываясь, потом притянул к себе и поцеловал. Сначала я изумленно уперлась руками в твердую грудь, затем расслабилась и ответила. Несколько секунд, чтобы понять, кружится ли от его близости голова…

— Я больше не могу… – шепнул, и мы ушли. Уехали. К нему. Саша не спрашивал, просто поехал. Почувствовал, что я готова.

— У меня тут холостяцкая берлога, – сказал, пропуская меня вперед. Мы приехали на Котельническую набережную. Один из новых домов с прекрасным видом на реку. Но внутри действительно достаточно аскетично. В гостиной диван, торшер и огромный шкаф с книгами. Кухня и столовая были практически стерильно необжитыми. Но все это огромное пространство смотрелось гармонично в своей строгой сдержанности.

— Здесь давно никто не жил? – спросила, нервно прикусив губу. Мы остались вдвоем, и я растерялась как-то.

— Я переехал сюда после развода.

Саша подошел к холодильнику и достал бутылку шампанского, разлил по бокалам и вернулся ко мне. Я пригубила чуть-чуть, грея бокал в руках. Это у меня нервное.

Саша обошел меня и, поставив шампанское на полку, остановился сзади. Нежно коснулся волос и обжег дыханием шею. Я рвано выдохнула и задрожала. Молния медленно поползла вниз вместе с моим смущением. Я давно не раздевалась перед мужчиной. Другим. Не мужем. Не была с другим…

— Саша, – выдохнула, когда он, расстегнув бюстгальтер, требовательно сжал груди, – у меня давно не было…

— Тш-шш, – он резко развернул меня и жадно заскользил взглядом по телу.

Платье упало к ногам, остались трусики и чулки. В его глазах было столько неподдельного восхищения и мужского желания, что я осмелела: тряхнула волосами и, погладив соски, подцепила куцый кусочек кружева, прикрывавший лобок.

— Нет, – хрипло проговорил, – ты слишком женщина, чтобы забыть, как это, – и рванул с плеч рубашку.

Сухое поджарое тело, перетянутое тугими мышцами, тяжелый взгляд, вздыбленный пах. Саша был совсем другим: и внешне, и внутренне. Но был красив. И я его хотела. Сама подошла вплотную, прихватила зубами его нижнюю губу и расстегнула ремень.