Книга Моя бывшая жена, страница 122 – Оливия Лейк

— В смысле? А ты останешься, типа? – нахмурился Илья.

— А я останусь. Чую, что именно я нужен.

— Не-а, дружище, хрен я тебя оставлю, а вот охрану к семьям приставить нужно. – Илья посмотрел на меня обеспокоенно. – Я домой поеду. Я должен быть уверен, что с моими девчонками ничего не случится.

— Поезжай, – сжал его плечо. А я к отцу отправился. Посоветоваться нужно и попросить, кое о чем.

Мы встретились дома. Разговор слишком конфиденциальный.

— Пап, мне нужны надежные люди, не связанные со структурой. Лучше бывшие военные.

Я поделился с ним новостями и своими соображениями.

— Два и два. Для Пашки и для Маши.

— Она знает?

— Нет, конечно. Это должно быть незаметно.

— Ты понимаешь, что не должен контактировать с ними? – отец в свойственной ему манере сочувствовал мне.

— Понимаю, – откинулся в кресле и глаза прикрыл устало. В этом доме только кабинет отца словно переехал из моего детства: та же добротная тяжелая мебель из массивного дуба, загрубевшая кожа кресел, утонченный запах сигар. Только мамы не хватало. Я хорошо помнил, что она сидела в кресле и читала, пока отец работал. А, если я просыпался, всегда знал, куда пойти, чтобы найти ее. – Я минимизирую риски, – жестко усмехнулся.

— Как? – отцу мой настрой не понравился.

— Стану одиночкой. Машиной без слабостей, – и поднялся рывком. Отец тоже встал, подошел и обнял меня.

— Будь осторожен, сын. Я все сделаю. Завтра же у них будет круглосуточная охрана.

— Если я пропаду, – папа в лице поменялся, – ну, на время, – смягчил фразу, – присматривай за Пашей… И за Машкой. Лады?

— Не раскисай! – одернул меня. – Мой сын – боец, и проживет до ста лет.

Именно в этот момент особенно остро прочувствовал, насколько время скоротечно. У отца и морщины резче проступили, да и я ощущал себя лет на пятьсот.

Следующим шагом было решить вопрос с квартирой. Она простаивала: мне не нужна, пора с ней что-то делать. Вообще спорная была покупка, но если удастся удачно продать – хорошая подушка безопасности получится.

— Мне нужно по-быстрому продать квартиру на Саввинке, – начал без обиняков. Вадим Полонский точно сможет.

— Насколько срочно? – деловито поинтересовался, набирая кого-то по телефону.

Я прикинул в уме, сколько у меня есть времени и есть ли вообще? Но хотелось бы закрыть все вопросы. Так, на всякий случай. Я в себе уверен, но мы предполагаем, а бог располагает.

— Желательно вчера.

— Однако! – приподнял бровь Вадим. – Кир, смотри, могу сегодня дать триста пятьдесят лимонов или через полгода на сто больше. Чтобы найти такого жирного покупателя, нужно время.

— Давай сегодня, – и скинул ему счет, куда деньги перевести нужно.

— У тебя все норм?

— Пойдет.

Рассказывать про возможное участие Умарова, человека, которого по просьбе самого Вадима, убрал с шахматной доски акул бизнеса Москвы, не стал. Нечего гражданским лезть в это.

— Я позвоню, Дым, – пожал руку, когда со всем закончили. – Сам позвоню.

Не нужно ему возле меня отсвечивать. Если это Умаров, то под ударом и Полонские могли оказаться. Дагестанец не знал, откуда на него волна пошла. И не должен узнать.

Вечером я позвонил своему адвокату:

— Завтра реши вопрос в суде. Мне нужен развод.

Маша

Я взяла Пашу, и мы отправились на встречу с Кирой. Она по телефону заверила, что Кирилл жив и здоров, поэтому я с облегчением выдохнула. Хотела к ней домой приехать, но Кира предложила сходить в семейное кафе: племянник с ее бандитом поиграет, а мы спокойно поболтаем. В «Андерсоне» заказала большую пиццу пеперони и детские боксы с подарком – Паша от радости расцеловал меня и с Даней убежал в игровую.