Книга Любовь приходит в Рождество, страница 48 – Шейла Робертс

И осталась бы без работы.

Прости, Коркоран. Я пыталась.Она плюхнулась на свое рабочее место и позвонила сестре.

— Ты где сейчас?

— Хожу по магазинам с Элинор. А что такое?

— Я больше не хочу играть за Санту, – призналась Стеф.

— Ой-ой. Что стряслось?

И Стеф ей все пересказала.

— Ну, могло быть и хуже. Камилла вообще могла тебя уволить.

— Такого я не заслужила, – ответила Стеф. – И вообще, даже нотаций от нее не заслужила. Не во мне вообще дело. А в отце этого бедного мальчика. Какой придурок.

— Воспитывать ребенка в одиночку тяжело. Уж нам-то это знакомо?

Не то слово. Первые несколько лет после смерти мужа Адель пришлось нелегко.

— И все равно. Нельзя же звонить в газету и орать за то, что твой ребенок написал письмо Санте. Мне срочно надо шоколадку.

— Хочешь, пообедаем вместе у «Тилли»? Вдруг полегчает? Можем напополам умять кусочек «Смертельно-шоколадного» торта.

«Чайная Тилли» открылась относительно недавно и была заточена на женскую аудиторию, с занавесками и скатертями из кружева и фарфоровыми сервизами. Подруги заходили к ним в обед на чашечку чая с огуречными сэндвичами и небольшими тортиками или печеньями, но были на выбор и пара-тройка салатов, и свежеприготовленные маффины. Салаты были вкусные, на чаепитиях было весело, но сестры заходили к Тилли исключительно за тортами – белыми свадебными, клубничными, морковными, бисквитными, лимонными и, само собой, шоколадными.

— Работы слишком много навалились, – сказала Стеф. И она не соврала. По понедельникам у них всегда были завалы, а под Рождество тем более.

— Ладно, давай тогда завтра.

— Хорошо, давай так. Я зайду к тебе в магазин, – сказала Стеф и тут увидела на второй линии Адель. – А чего мама звонит?

— Держись. Ей опять сон приснился, – сказала Френки.

И кто бы сомневался…

— Мне вчера приснился сон, – сказала Адель, как только Стеф сняла трубку.

— Ох, мама, ты опять, – простонала Стеф.

— Как раз про тебя.

— Ну отлично. Меня случайно не тигр сожрал?

Если так, то символически в самое яблочко.

— Ты сидела на коленках у Санты.

— Да ну? И как он, секси?

— Я серьезно, – укорила ее Адель.

— Ладно, извини. Рассказывай, что там со мной и Сантой.

— Ты сказала, что сама не знаешь, чего хочешь, а он ответил, что знает. И достал из-за спины огромную коробку.

— Как это он умудрился, если я сидела у него на коленях?

Адель пропустила это мимо ушей.

— Размером с телефонную будку. Ты открыла коробку, а внутри был мужчина.

— Вот спасибо, Санта. И как же он выглядел?

— У него были короткие и темные с рыжинкой волосы, а лицо моложавое – по такому никогда не скажешь, сколько человеку лет. Очень даже симпатичный.

— Ни разу не встречала подходящих под такое описание мужчин, – сказала Стеф.

— Ты уверена?

— Уверена. И очень сомневаюсь, что в Кэроле вообще живет такой мужчина. За последние полгода я перевстречалась со всеми здешними холостяками.

А еще один новоприбывший ее только что отшил. Вспомнив об этом, Стеф нахмурилась.

— Мам, мне пора. У нас тут работы по горло.

— Ладно, но ты смотри в оба. Мне кажется, что это знак.

— Спасибо, мам. Люблю тебя, – сказала Стеф и повесила трубку.

Вот бы еще сны ее матери были точнее – например, предупреждали бы не выкладывать определенные письма для Санты в газету.

* * *

— Вот это я понимаю, сексапильное красное платье, – сказала Френки, показывая платье Элинор.