Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 112 – Лорен Хо

— Это как-то не круто, – хмурится Золтан. – Наше время тоже дорого.

— Знаю, – отвечает Ройс немного раздраженно. – Я же извинился.

Он взволнован, волосы у него растрепаны, и я борюсь с желанием убрать прядь потных волос с его лба. Таслим роется в рюкзаке, прежде чем достать несколько книг.

— Давайте начнем.

— Вы двое, продолжайте готовиться к уроку, теперь очередь Золтана извиниться и заняться делами большого мальчика, – говорит Золтан. – Туалет, – поясняет он, когда Ройс начинает протестовать.

Золтан уходит.

— Итак, Агнес, – холодно произносит Ройс, открывая справочник по основам написания эссе для поступления в колледж. – Чем я могу тебе помочь?

Я качаю головой.

— Если честно, я закончила большую часть своих эссе и отправила их еще вчера.

Как и планировалось, в свои документы я включила победу в отборочном туре.

— Что ж, тогда, думаю, тебе незачем было приходить сегодня, – лаконично отвечает Ройс.

— Возможно, – соглашаюсь я таким тоном, который можно было бы назвать лишь слегка неприятным.

Мы оба замолкаем. Воздух между нами потрескивает от громких, невысказанных слов.

— Где, черт возьми, Золтан? – спрашивает Ройс после нескольких минут напряженного избегания зрительного контакта.

— Послушай, – тихо говорю я ему, – э-э, ну, знаешь, прости меня за все, что я устроила.

Таслим поворачивается ко мне.

— О, наконец-то она соизволила извиниться, – саркастически произносит он и скрещивает руки на груди. – Еще бы только знать за что.

Щеки у меня заливаются краской.

— Ок, ладно, я это заслужила. Очень, очень сожалею о том, как вела себя на стендап-шоу. За то, что плохо говорила о тебе. За то что вела себя как последняя дура. Прости меня. Мне нет оправдания.

Искренность смягчает его позицию. Ройс разводит руки и кивает.

— Да, это была реально фиговая выходка, но давай двигаться дальше. У меня есть ровно сорок семь минут, а потом за мной приедет водитель.

— И что у тебя дальше?

Про себя я отметила, что сам он не извинился за то, что наговорил мне на отборочном туре. Во рту у меня появляется горький привкус, и чувства обостряются.

— Урок тенниса, затем шахматы. – Ройс делает паузу. – Потом русский. – Он трет глаза. – А ты что делаешь сегодня вечером? Может, сыграем в CF после русского, скажем, около девяти?

У меня действительно былипланы сыграть в CF, но минут через пятнадцать и с моими обычными партнерами, может, НердВульфом и Зет-Флешем, но прямо сейчас начать игру я не могла. Вот же блин. Придется все отменить.

— Мне надо порепетировать с Рози реплики для ее урока драматического искусства, а потом придется смотреть это новое реалити-шоу «Горькая правда о браке», а то Зи меня уже замучила с ним. Так что, боюсь, сыграть не получится.

Ненавижу врать, ну а что я могу сказать? Не хочу с тобой играть, потому что злюсь на тебя. Ну и зачем тогда было извиняться? Неужели он не понимает, что и сам причинил мне боль?

— И что не так?

— Я хочу, чтобы ты тоже извинился за то, как себя повел. Стал насмехаться надо мной, когда Верн поцеловал меня.

Ройс краснеет. Он колеблется, как будто внутри его идет некая борьба. Может, желудок расстроился из-за того, что ему бросили вызов.

— Прости меня. Не знаю, что на меня нашло, – говорит Ройс официальным тоном. – Ты и Верн…

— Нет, – выпаливаю я, ненавидя себя за то, что так быстро начала уверять его в обратном. – Не знаю, возможно, в будущем, – поспешно добавляю я.