Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 118 – Лорен Хо

А я и не против. В конце концов, именно в этом и заключается настоящая дружба: понять суть человека и любить его со всей его красотой и недостатками.

Ройс: Агнес, не понимаю, почему мы постоянно ссоримся, ведь я этого совершенно не хочу. Давай встретимся. Пожалуйста!

Ройс: Я скучаю по тебе

Ройс: Агнес, пожалуйста, ответь мне

* * *

Верн: Не спишь?

Агнес: Нее. Играю

Верн: А, ну ладно. К полуфиналу в Сингапуре готовишься?

Агнес: Готовилась, но что-то никак сконцентрироваться не могу

Верн: Да? И почему?

Агнес: Когда Стэнли меня застукал, то потребовал, чтобы я все рассказала маме, а я так и не решилась признаться. И пока я этого не сделаю, мне не разрешат выступать в стендапе. Стэнли уже теряет терпение, а меня все это нервирует и отвлекает. Я почти испытываю искушение никуда не ехать. Почти

Есть еще Ройс, но я чувствую, что о нем с Верном говорить не стоит.

Верн: Ты обязательно должна поехать. Давай, соберись. Не говори маме, а просто делай, что должна. Без тебя будет и вполовину не так весело

Я улыбаюсь, потому что планирую подделать мамину подпись и во что бы то ни стало добраться до Сингапура.

Агнес: Будет одним конкурентом меньше, разве плохо?

Верн: Ты мой друг, я хочу, чтобы ты была рядом… Вообще-то, нам стоит поработать над всеми нашими сетами вместе. Позволь мне помочь. Именно так поступил бы друг

Агнес: Конечно

Агнес: Не знаю, что бы я без тебя делала

Верн: Отлично, пусть так и дальше будет

* * *

В четверг мы с Верном встречаемся за бабл-ти после его работы и моей учебы в том же торговом центре, где я выслеживала – да, теперь признаю это, я выслеживала их – своих фальшивых друзей. Мы сидим у неработающего фонтана в парке под открытым небом, в котором никого нет, потому что экваториальная влажность – это не шутка, и Верн демонстрирует мне свое полуфинальное выступление.

— Крутецкий сет! – искренне хвалю я, сделав пару незначительных замечаний.

— А теперь твоя очередь.

— Ой, не знаю.

Все это звучит как-то немного по-другому, когда выступаешь только для одного человека.

Верн подталкивает меня локтем:

— Давай, не дрейфь – это всего лишь я.

Я беру себя в руки и читаю текст, над которым работала.

Верн действительно мне помогает, делает замечания, выделяет хорошие места, хвалит.

— Не коси глазами. Четко формулируй то, что говоришь: ты иногда мямлишь. Выражайся проще, чтобы быстрее добраться до ключевой фразы.

— О господи, – говорю я, но лишь слегка раздраженно. – Ты что, и правда делал заметки?

— Конечно, все это время. Я еще и снимал тебя.

Он указывает на второй телефон, установленный рядом с его рюкзаком. Я вскрикиваю и пытаюсь допрыгнуть до него, но Верн меня опережает. Вырвать у него телефон тоже не получается – он намного выше меня и, к моему великому раздражению, держит телефон вне пределов моей досягаемости. Я пытаюсь действовать стратегически и жду, когда энергия у него иссякнет, но Верн не отступает ни на дюйм.

— Вот поэтому я и не стал говорить об этом, пока ты не закончишь. Поверь, тебе нужно обязательно смотреть на себя на видео, чтобы улучшать выступления. Ты же знаешь, я всегда записываю все свои сеты, даже когда просто готовлюсь.

— Фу, ненавижу смотреть на себя в записи.

— Почему?

— Я такая неуклюжая. Как большой паук.

— Ты хочешь совершенствоваться или нет?