Книга Да здравствует жизнь!, страница 74 – Софи Жомен

— Моя мать взвешивалась каждый день, – начинает Роза, и, слушая их, я буквально задыхаюсь. – Отец объявил, что ему не нравятся толстые. Проблема была прежде всего в нем самом. Мать взвешивалась, и если видела, что прибавила хотя бы полкило, садилась на диету и голодала несколько дней. А я довольно долго была худой и жила в уверенности, что только это и есть норма. Отец часто мне говорил, что толстые ничего в жизни не добиваются, и в подростковом возрасте, когда он бросил мать, потому что у нее появился живот и она перестала быть для него желанной, я сказала себе, что не хочу закончить так же. Меня кидало от анорексии к булимии, а от нее к гиперфагии^[60], и постепенно разнесло, хотя стремилась я совершенно к обратному. После этого отец перестал со мной разговаривать. Мать тоже набрала вес.

Следом за ней о своем опыте рассказывает Диана, и ее история не менее ужасна. В конце все взгляды обращаются на меня, но я только улыбаюсь, давая понять, что мне не хочется говорить. Фанни снова возвращается к своей истории, и мне кажется, что это не закончится никогда.

В горле першит, я откашливаюсь – такое ощущение, что я проглотила насекомое. Я кашляю снова и снова, но легче не становится.

— Марни, что с вами? – спрашивает Элен.

— Наверное, слюна попала не в то горло. Извините, мне надо выпить воды.

Но вместо того, чтобы взять бутылочку со стола, я выхожу из зала с сумкой через плечо и направляюсь в туалет, чтобы ополоснуть лицо. Все эти истории… Выслушивать их слишком тяжело. Не знаю почему, но мне становится не по себе: моя мать не причинила мне и четверти того, через что пришлось пройти этим женщинам.

А проблема, возможно, именно в этом. Я оказалась здесь, потому что у меня хоть и не дальновидная, но любящая мать (в этом я никогда не сомневалась), и, несмотря на свои собственные неврозы, она, в отличие от матерей этих женщин, никогда не пыталась третировать меня.

Я закрываю глаза и открываю их перед зеркалом. Вот я и оказалась лицом к лицу с самой собой.

— Что ты здесь делаешь? Настоящие проблемы не у тебя, а у них. Может, хватит жаловаться и наматывать сопли на кулак?

Опустив голову, я сжимаю переносицу. Я смешна.

— Вы к себе несправедливы…

Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Передо мной стоит Элен.

— Ой, я не слышала, как вы вошли.

— Не извиняйтесь. Хотите об этом поговорить?

Да… Терапевт в ней никогда не спит.

Я смотрю ей за спину, вдаль – сеанса психотерапии в туалете у меня еще не было!

— По-моему, я ужасно эгоцентричная.

— Почему вы так думаете?

— Почему? Но это же очевидно. Девушка на тридцать кило больше меня приглашает меня в путешествие, чтобы помочь мне воспрянуть духом. Я еду в трагическом настроении, постоянно ною, а та, у которой есть все основания вести себя так же, меня утешает.

— Именно так вы видите свою поездку?

— Оглядываясь назад, да. Посудите сами: она не замужем, мечтает встретить кого-нибудь и создать семью, ей одиноко; а я в отношениях с мужчиной, который меня любит, но мучаюсь мыслями о том, что ожирение не даст мне родить ребенка. И все это я на нее вываливаю! Какая же я после этого подруга? А насчет женщин, которые сегодня делились опытом, то они пережили действительно ужасные вещи. А я – нет. Но я все-таки прихожу в эту группу. Да, думаю, я ничего не вижу дальше своего носа.