Книга Когда мы были осколками, страница 109 – Акация Блэк

— Обещай.

— Ладно, – закатываю я глаза.

А потом он протягивает мне ладонь, чтобы скрепить договор нашим особым рукопожатием. От этого жеста мурашки бегут по коже. В конце мы зависаем, не отпуская рук, и, заговорщически улыбаясь, смотрим друг на друга. Чтобы не утонуть окончательно в его зеленых водах и успокоить затрепетавших в животе бабочек, спрашиваю, куда поедем. Ухмылка в уголке рта не предвещает ничего хорошего.

— Мы едем крушить.

♪ Revolution – UNSECRET

И минуты не проходит, как демоненок начинает ворчать из-за того, что я заставил ее закрыть глаза. Она что, считает, что я способен заставить ее вслепую переходить дорогу? В другой ситуации это могло бы меня задеть, но после сегодняшнего утра желание толкнуть ее под колеса такси кануло в пустоту. Ее пальцы так сильно впиваются мне в бицепсы, что на коже остаются царапины от ногтей.

— Вот теперь можешь открывать.

С силой протерев глаза, Луна озадаченно поднимает на меня взгляд.

— Комната ярости? Это еще что такое?

— Место, где воплощаются самые смелые желания, – шепчу я ей на ухо. – А именно – желание все разнести.

— Место, где можно все ломать? – восторженно вскрикивает она.

— Ага.

Она начинает скакать от радости, повизгивая, как умирающий грызун.

— Это же именно то, что мне нужно!

Знаю, радость моя.

Нас встречает невысокий лысый мужик лет тридцати.

— Все просто. Сюда приходят ломать вещи, которые окружают нас в быту – компы, посуду, мониторы, – чисто чтобы побеситься, сбросить напряжение после рабочего дня, выместить боль разбитого сердца, короче, выплеснуть весь свой гнев. Вы имеете полное право и даже обязаны вообще все тут разгромить, – говорит он с улыбкой всех работников сферы обслуживания.

♪ Луна аж дрожит от нетерпения. Администратор отводит нас в комнату, где мы надеваем комбинезоны, обувь с усиленным носком, перчатки, а также защиту на голени и грудь, чтобы нас не посекло разлетающимися осколками. Я хватаю лом, а Луна берет бейсбольную биту.

С экрана телефона выбираем обстановку комнаты – стол с разной посудой. Нам предстоит разбить тарелки, бокалы и пустые бутылки из-под спиртных напитков.

— Готова?

Она несколько раз подпрыгивает на месте, как боксерша перед боем, и бьет по стоявшим на полке винным бокалам. Комнату наполняет звон бьющегося стекла. От ее довольного стона так и веет легкостью.

— Господи, как же хорошо.

В маске видны только ее глаза, но по голосу слышно, что она улыбается.

— Давай, – подбадривает она меня. – Попробуй – и сам увидишь.

Мой лом влетает в экран телевизора, и чувство глубочайшего удовлетворения отправляет меня в нирвану. Несмотря на жестокость ударов, с которой мы крушим все вокруг, есть что-то завораживающее в том, чтобы смотреть, как предметы быта разлетаются на куски. Я подхожу к компьютеру и вымещаю на нем накопившееся за несколько недель раздражение. Мышцы напряжены, дыхание сбивается, но никогда еще я не чувствовал себя лучше. Луна выплескивает гнев на рамки с фотографиями, на книжный шкаф… С криком опускает биту на все, что попадается под руку. Так яростно наносит удары направо и налево, что я останавливаюсь и начинаю наблюдать за ней. Моя дьяволица бесчинствует, задыхаясь. Выкладывается на все сто. Отхожу в сторону, чтобы дать ей дорогу.