Книга Летние гости, страница 141 – Фиона О’Брайан

— Я предлагал…

— Я знаю, что ты предлагал. Деньги и ничего больше.

Конор молчит, поверженный.

— После этого я больше никогда о ней не слышала. И прости господи, была этому рада. Я молилась каждый день, чтобы эта ужасная ситуация никогда не повторилась и не причинила моим девочкам такую же боль, как причинила мне. – Она тихо хмыкает. – Глупо, правда?

— Так… ты не злишься?

— Нет, Конор, не злюсь. Я слишком устала и выстыла, чтобы злиться. – Она закрывает глаза, потому что в них будто песка сыпанули, и трет лицо. – Но расскажи, как Энни об этом узнала.

— Он приходил ко мне, этот мальчик. Я не знал, что это он. Он обвинял меня. – Конор судорожно вздыхает. – Мне надо было поехать с ним в какое-нибудь уединенное место, где нас никто бы не побеспокоил, так что я отвез его в свой офис. Это был выходной. Как раз в тот день Энни, э-э… отменила свадьбу. Она пришла в офис в очень неудачный момент… э-э… вошла к нам, и, прежде чем я успел хоть слово вставить, он все ей выложил. Он поступил жестоко и бессердечно, но так все и было. Он просто взял и сказал Энни, что он ее единокровный брат.

Бреда качает головой.

— Моя бедная, бедная Энни.

— Она не дала мне возможности поговорить с ней… объяснить. Вышла за дверь и уехала в Лондон, а я не успел и слова сказать. Я думал, может, она тебе тогда рассказала.

Бреда вздрагивает.

— Нет. Она не сказала мне ни слова. Только то, что вы поссорились. Я подумала, что из-за свадьбы.

— Ну вот так она и узнала. Я еще подумал, что это было так низко с его стороны.

— Люди по-разному бьют в ответ, если им причинили боль.

— Так что же нам теперь делать?

— Я не знаю, что собираешься делать ты, Конор, но я сделаю то, что должна была сделать много лет назад. Я ухожу от тебя.

У мужа отвисает челюсть.

— Но ты сказала, что не…

— Я больше не злюсь. Но я устала, у меня болит сердце и… и мне очень стыдно. Мне стыдно за то, чему я потворствовала, за то, что позволила сделать с собой, с нашим браком и нашими прекрасными девочками. А теперь с Грейси. Это просто непростительно.

— Куда же ты пойдешь?

— Я никуда не пойду, Конор. Во всяком случае, не сразу. Это ты соберешь вещи и поедешь к сестре в Дублин, если она согласится тебя принять. Потом мы сможем разобраться во всем как положено, постепенно. Продадим отель, поделим имущество.

Конор явно шокирован.

— Ты же не всерьез? Нельзя же так резко, Бреда. Мы прожили больше сорока лет и всегда справлялись, разве нет? И ты давно все знала. Так почему сейчас?

Она безрадостно смеется.

— Потому что я устала «справляться», как ты правильно выразился. Я не хочу справляться, никогда не хотела. Я хотела любить, быть любимой, быть частью семьи, которая жила бы этой любовью и передавала ее следующим поколениям. Вместо этого я вырастила дочерей, одна из которых не способна довериться ни одному мужчине, а другая вышла замуж за копию своего отца с такими же катастрофическими последствиями. Но еще остается Грейси. В этом Энни права. И будь я проклята, если позволю этому чертову ужасному хаосу затронуть Грейси.

— Но… но я люблю тебя, Бреда. Всегда любил, ты же знаешь. Я бы никогда не бросил тебя. Интрижки, глупые романы – они никогда ничего не значили. Конечно, женщины постоянно гонялись за мной, кидались на меня, но ты была единственной. Я всегда держался за тебя, всегда возвращался.