Книга Все наши цвета, страница 228 – Инма Рубиалес

— У тебя дома, – осторожно уточняю я.

— Да. А сам отправился в первый попавшийся бар, пил, пока все не стало кружиться перед глазами, а потом оказался в машине с другой девушкой.

Пауза. Логану требуется усилие, чтобы договорить. Теперь понятно, почему все считают, что он изменил Клариссе той ночью.

— Ты хотел отомстить, – тихо говорю я.

— Ничего не произошло. Я был пьян, но сразу понял, что это ошибка. Та девушка ушла, я подождал, пока протрезвею, и вернулся домой. Кларисса все еще не спала. Она звонила мне всю ночь, потому что беспокоилась. Кричала, спрашивала, где я был, – и я все рассказал. Это была наша самая отвратительная ссора. В конце концов она сказала, что с нее хватит, и ушла. Была уже глубокая ночь, падал снег. Я знал, что на колесах не было цепей. Знал, что это опасно. Знал, что должен ее остановить, но… гордость оказалась сильнее, и я ничего не сделал. – Голос Логана дрожит. – По дороге случилась авария. Она не справилась с управлением. Погибла на месте – так потом сказали в полиции.

Я моргаю, слезы застилают мне глаза. Я плачу по Клариссе и несправедливости судьбы, но также по Логану, потому что чувствую его боль и понимаю, как он изводил себя весь этот год.

Я снова качаю головой, еще раньше, чем он произносит:

— Я просто сволочь.

— Это не так. – Приподнявшись на коленях, я пытаюсь дотронуться до Логана, но он отстраняется.

— Это моя вина. Я должен был остаться и выслушать ее, понять ее мотивы, и тогда ничего бы…

— Ты не мог знать, что случится.

— А должен был! Я действовал импульсивно.

— Твоя девушка только что сказала тебе, что влюбилась в другого человека, и попросила сохранить ваш разрыв в тайне. Черт, Логан. Я даже не знаю, как бы я отреагировала.

— Не вини ее, – умоляет он хриплым голосом. – У Клариссы были свои причины. Ее родители…

— Я понимаю ее, но понимаю и тебя, – твердо перебиваю я. – Понимаю, что ты не знал, что делать. Понимаю, что ты ушел, потому что тебе нужно было пространство. И я понимаю… понимаю, что ты действовал под влиянием эмоций, но потом одумался. Ты не камень. Хватит вести себя так, будто ты не имеешь права на чувства.

— Я едва не совершил ошибку, когда очутился в той машине.

— Но ты человек, а люди совершают ошибки. Прошел уже год. Кларисса не хотела бы, чтобы ты продолжал себя наказывать.

— Она никогда бы меня не простила.

— Я уверена, она уже это сделала.

На этот раз он позволяет мне приблизиться и обнять его, как раньше, на кладбище. Логан не всхлипывает и не рыдает, но я чувствую его дрожащий вдох, когда он обвивает руками мою талию и прижимает к себе. Как же я хочу стереть из его головы эти ужасные мысли и избавить от боли.

— Ты хороший человек, – тихо говорю я. – Я знаю это. И готова поспорить, что Кларисса согласилась бы со мной. Перестань быть таким строгим к себе. Ты этого не заслуживаешь. – Я делаю паузу. – Ты никому не рассказывал, да? О Клариссе и той девушке. Поэтому все думают, что ты изменил ей.

— Кенни знает. Но нет, я больше никому не говорил. Из уважения к ней.

Я отстраняюсь, чтобы взглянуть ему в глаза. Почему он не осознает, что его мнение о себе расходится с реальностью?

— Ты хороший человек, – повторяю я, упрямо глядя ему в глаза.

Его взгляд разрывает мне сердце. Сколько бы я это ни повторяла – он не верит.