Книга Девушка из другой эпохи, страница 64 – Фелиция Кингсли

— Думаю, ваш брат сделает все возможное, чтобы ваше имя исключили из списка приглашенных, – замечаю я. – Кстати, кое-что меня озадачивает: вы братья, но у него фамилия Резерфорд, а у вас – Нокс, как же так?

— На самом деле до двенадцати лет меня звали Ридлан Резерфорд, а потом в доме произошел несчастный случай, после чего решили, что я больше не достоин носить фамилию отца, и мне дали фамилию матери. Как раз Нокс.

— Что за несчастный случай? – с любопытством спрашиваю я.

— О, Чарли еще вам не рассказал? Я убил нашего отца.

— Что?! – На мгновение я замираю на месте.

— Больше добавить мне нечего. Но если вы решите сейчас покинуть зал, пожалуйста – я пойму.

Мысль такая у меня мелькнула, но я ей не следую. Танцевать мы продолжаем в молчании, а я понимаю, как безуспешны мои попытки понять этого молодого мужчину, который будто бы окутан плащом из вечной тьмы.

А от тепла его руки, которое я чувствую даже сквозь шелк перчаток, пальцы начинает покалывать.

— Если вы решите разорвать все отношения и захотите, чтобы я остановил поиски Бена Крауча, скажите сейчас.

— Вовсе нет. – Мы следуем за ручейком пар, которые проходят по залу, слегка отстав от тех, что идут впереди нас, чтобы нашу беседу никто не услышал.

— Очень хорошо, – с довольной улыбкой замечает он.

— Вы что-то выяснили?

— Азмаль по моей просьбе расспросил Эстли Купера, дядю вашего лекаря. Бен Крауч – глава шайки Боро, они называют себя «Воскрешатели».

— «Воскрешатели»? – переспрашиваю я.

— Звучит лучше, чем «похитители трупов», – цинично поясняет он. – Они выкапывают недавно похороненные тела и относят их в анатомические школы, которые щедро им платят. Размещается банда в таверне в Саутворке^[28], где также проводят подпольные боксерские бои. Там есть некий Нэплс, который записывает все украденные и проданные тела. Я планирую посетить их чуть позже.

Музыка стихает, танцоры останавливаются, и мы хлопаем в ладоши, благодаря оркестр.

— Я тоже иду, – внезапно говорю я. Есть тысячи прекрасных причин, чтобы не пойти, и я из будущего точно бы осталась дома, но необходимость с силой толкает меня вперед.

— Даже речи быть не может.

— Возьмите меня с собой, или я сделаю так, что вас исключат из высших кругов общества от Лондона до Бата.

— И думать забудьте, – настаивает Ридлан. – Вам в такие места ходить не стоит.

— Ах не стоит, говорите? О, простите, я и не заметила, что говорю с вашим братом.

При слове «брат» Ридлан сжимает челюсти. В яблочко. Обратная психология всегда работает.

— Да будет так, – соглашается он. – Следующий танец – буланже, потом сделайте вид, что потянули лодыжку, и пусть вас отвезут домой. Встречаемся в моем кабинете ровно через час. Опоздаете – я ждать не буду.

Изобразить растяжение лодыжки оказывается несложно, потому что буланже я танцую с мистером Бойлом, заработавшим репутацию весьма неуклюжего танцора.

Демонстрируя по дороге домой довольно болезненную хромоту, я закрываюсь в своей комнате, для надежности на два оборота ключа, и перебираюсь по крыше к окну Ридлана, которое тот специально оставил открытым.

— Я готова! – объявляю я, спрыгивая в комнату, где он уже ждет меня, прислонившись к каминной полке.

— Вы не можете идти в таком виде.

— В каком таком?

— Мы отправляемся в лондонские трущобы, а ваше платье просто-таки кричит «Мэйфер!» за километр. Вам нужно переодеться, или мы будем бросаться в глаза. – Взяв бордовое платье, он протягивает его мне: – Возьмите.