Книга Шрам, страница 75 – Эмили Макинтайр

Головы поворачиваются в мою сторону, пока я прохожу по каменным проходам. Сапоги клацают по полу, перекликаясь с высокими потолками.

— Принц со шрамом, – бормочет кто-то.

Когда-то эта фраза глубоко меня задевала, но теперь я использую ее как топливо, зная, что скоро любой, кто осмелится сказать что-то против, будет вынужден молить о покаянии возле моих ног.

Брат по-прежнему не замечает меня, увлеченный беседой с мамой и Ксандером, но моя лань – совсем другое дело. Меня окутывает опасный жар: я понимаю, что несмотря на торжество, устроенное в честь Сары и Майкла, она смотрит только на меня.

Эдвард направляется к одному из боковых столиков, занимает место рядом с другими высокопоставленными военными и погружается в беседу. Главное, чтобы вокруг хватало свидетелей, которые смогут подтвердить наше присутствие на этом мероприятии.

Я останавливаюсь возле пьедестала и, раскачиваясь на каблуках, не свожу взгляда с леди Битро. Она наклоняет голову, нахмурив брови, а я тем временем лукаво улыбаюсь, скользя языком по нижней губе.

Она беспокойно ерзает на своем сиденье.

— Тристан, – обращается ко мне Майкл. Низкий тембр его голоса отражается от стен. – Какой прекрасный сюрприз.

Я медленно перевожу взгляд с его суженой на него.

— Ты надеялся, что я не приду, брат?

— Ты слишком непостоянный, – усмехается он, махнув рукой в сторону слуги. – Принеси ему кресло.

— Леди Битро, – ее имя соскальзывает с моего языка, и я снова смотрю на нее. – Выглядите потрясающе. Моему брату очень повезло.

Сзади раздается несколько вздохов: моя смелость их поражает. Волнение будоражит сознание, и я гадаю, как отреагирует она и как поведет себя брат.

Сара улыбается, наклоняя голову, но я все равно улавливаю вспышку раздражения в ее карих глазах:

— Спасибо, ваше высочество. Вы очень любезны.

— Я знаю, что твои манеры слегка заржавели, – вклинивается Майкл, глядя на меня полыхающим взглядом. – Но будь осторожен, когда говоришь о моей будущей жене.

Майкл берет ее за руку. Черты ее лица смягчаются, стоит их пальцам переплестись на столе.

Меня тошнит от этого зрелища, челюсть сжимается до хруста. Я отвожу глаза, опасаясь, что если не сделаю этого, то ворвусь на помост и оторву пальцы от его руки, чтобы он никогда больше не мог прикасаться к ней.

Я поднимаюсь на возвышение и прохожу за спинками кресел, пока не оказываюсь позади моего двоюродного брата, лорда Такана, который сидит рядом с моей маленькой ланью. С коварной ведьмой.

Наклоняясь, я кладу руку ему на плечо; бриллианты на моих кольцах сверкают при каждом движении:

— Кузен, сколько лет, сколько зим.

Его тело напрягается, кубок с вином замирает на полпути ко рту:

— Тристан, какой приятный сюрприз.

Я вскидываю бровь:

— Правда? Когда мы виделись в последний раз? На похоронах моего отца?

Тот прочищает горло, ставит кубок на стол, его пальцы отстукивают нервный ритм:

— Думаю, да.

— Ничего себе, – я присвистываю. – Два года прошло. Просто невероятно.

Слуги прерывают меня, подхватывая большое кресло, и я с удовольствием смотрю на Такана, который отходит в сторону, чтобы освободить мне место.

Как только кресло опускается, я сажусь и вытягиваю ноги под длинной белой льняной скатертью. Поворачиваюсь к кузену, но при этом протягиваю правую руку и кладу ладонь на бедро леди Битро.