Книга Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…, страница 153 – Юлия Славачевская

— Разумная мера, — согласилась я с Питером, разглядывая нового кандидата на роль императорского врача, мужчину в возрасте примерно сорока пяти — пятидесяти стандартных земных лет, с выразительными светло–голубыми глазами и породистой осанкой. Он не случайно находился в стороне от основной массы коллег, а явно от них дистанцировался.

— Счас проверим на профпригодность! — улыбнулась я. И рявкнула командным голосом: — Значит, так! Все доктора быстро притащили сюда капельницы с антибиотиками, клистиры и лекарства! Будем поднимать Императора на ноги кровопусканиями! — Добавила: — И еще… кто–то сгоняйте на кухню и притащите чего–то жирного и сладкого! Императору нужны силы!

И что бы вы думали? Большая часть этих предателей Гиппократа ощетинились инструментами и с громкими выкриками:

— Ваше императорское величество! Ваше императорское величество, дайте нам возможность позаботиться о вашем драгоценном здоровье! — поперли буром к моему мужу, а я плавно созрела к серийному убийству.

— Нет! — решительно встал на их пути выбранный Питером врач, перекрикивая толпу и раскинув в сторону руки. — Ни в коем случае! Его величеству нужен лишь покой! Никаких антибиотиков и кровопусканий, это противопоказано! Императору нужен крепкий здоровый сон и надлежащий уход, всего лишь. Никаких нагрузок, лишних лекарств и потрясений! Его сердечно–сосудистая и эндокринная система этого не выдержат. — И с упреком в мою сторону: — А еще хорошее питание! Здоровое, а не жирное и сладкое! То есть легкий бульон из птицы, немного зерновой каши, позже натуральные овощные или фруктовые соки, разведенные водой, немножко белого хлеба, фруктовое пюре и овощи на пару. Вы, ваше величество, спасли мужа, так не угробьте его своей заботой!

— Всем стоять! — рыкнула я, чуть не сметя силой крика половину претендентов на императорский клистир. Обратилась к смелому врачу: — Как вас зовут, милейший?

— Фарамант Гвин–Фарфог, ваше величество, — поклонился мужчина. — И я все равно буду настаивать на своих рекомендациях…

— Сколько вы уже во дворце? — перебила я его, не желая тратить время на ненужные споры.

— С юности, ваше величество, — еще раз поклонился врач. — С тех пор, как доктор Игнольд, придворный врач, знавший Императора в детстве, открыл вакансию на своего помощника.

— Осмотрите Императора, Фарамант, — отодвинулась я в сторону, пропуская врача к мужу, — и дайте свое заключение.

Доктор еще раз коротко кивнул и кинулся к пациенту, надевая на лицо полумаску, которая до того болталась на повязках на шее. После диагностики и некоторых экспресс–исследований он сказал:

— Из того, что вижу, Император находится в крайней степени истощения, морального и физического. Я бы порекомендовал сбалансированную диету, длительный отдых и, возможно, пару капельниц с питательными растворами и витаминами. — Вздохнул и добавил: — Его Императорское величество Ингвар Тотош должен спать беспробудным сном около десяти дней, минимум — семь, иначе ваш подвиг, френхи́нес, был напрасным.

— Принимайте должность императорского врача, — сообщила я ему, улыбаясь и протягивая ему руку.

Чуть не довела мужика до обморока. По крайней мере, побледнел он сильно. Но у Лысобородого, как в переводе звучит его фамилия, хватило мужества прийти в себя и протянуть в ответ свою руку. Она была типично докторской, с гладкой кожей, без мозолей и с ухоженными ногтями, и сохранила легкий запах антисептика.