Книга Расследование леди Ловетт, страница 117 – Вайолет Марш

Их странная процессия, возглавляемая Тэвишем, двинулась через величественное сооружение. Мэттью следовал за покровителем, неся Шарлотту на руках. Пэн по-прежнему сидел у него на голове, имитируя нелепую шапочку из перьев, а Ханна и София завершали шествие.

Когда они, преодолев два лестничных пролета, наконец добрались до хорошо обставленной гостевой спальни, Мэттью ощутил легкое напряжение в спине. Он повернулся боком и осторожно протиснулся в открытую дверь, стараясь не подставить под удар голову или ноги Шарлотты. Пэн раздраженно присвистнул, когда его лаймово-зеленый хохолок прогнулся под дверной рамой. Позади суетились Ханна и София, однако Тэвиш задержался в коридоре, вероятно, чтобы дать Шарлотте возможность побыть в уединении.

Едва Мэттью осторожно опустил Шарлотту на перину, как послышался пронзительный голос Пэна:

— Банши-и-и!

Глаза Шарлотты резко распахнулись. Она пару раз растерянно моргнула, очевидно стараясь собраться с мыслями. Отблески свечей, которые держали кузины Уик, озарили ее радужки, продемонстрировав, что к ней вернулась способность здраво мыслить.

— О, мы прибыли к мистеру Стюарту. – Шарлотта выпрямилась, подобно рыси.

Мэттью стойко игнорировал то, как ее скоропалительное действие стянуло и без того заниженный лиф черного платья, но стоило ей зашипеть от боли, как все дурные помыслы, помимо нахлынувшей тревоги, развеялись.

— Будьте осторожны, не шевелите рукой слишком часто, – наставлял Мэттью. – И не снимайте новую повязку с раны.

— Как ты себя чувствуешь? – обратилась София к Шарлотте.

— Болит… и чувствую мягкость, будто голова утопает в удивительно пружинистом хлопковом пуху, – пояснила Шарлотта.

— Последнее – это точно из-за виски, – деловито заметила Ханна.

— Банши-и-и! – заорал Пэн.

Шарлотта осторожно повернула голову в сторону птицы, и ее рот растянулся в глуповатой ухмылке.

— О-о-о-о-о-о, ты сопровождаешь Пэна, чтобы он повидался с любимой обезьянкой?

— Бан-ши-и-и-и-и-и-и! – прокричал Пэн громче, чем прежде.

Мэттью почувствовал, как попугай скачет на его голове, с каждым требовательным прыжком все глубже впиваясь когтями в скальп.

— Боюсь, другого выбора мне не оставили, – вздохнул Мэттью.

— Хочу пойти с вами и посмотреть на их воссоединение, – твердо заявила Шарлотта, будто после огнестрельного ранения и выпитого виски это было самым очевидным решением… или, если задуматься, то причиной ее внезапного безудержного энтузиазма могло стать именно опьянение.

— Вам нужно отдохнуть, – убеждал ее Мэттью. – Утром вы сможете их увидеть.

Шарлотта обиженно надула губы, застав Мэттью врасплох, поскольку такого выражения на ее лице он не наблюдал даже в детстве. Похоже, хмель все еще преобладал над рассудком.

— Но я была свидетельницей их зарождавшихся ухаживаний с самого начала. И хочу понаблюдать за следующей главой.

— Банши. Любовь моя! – гаркнул Пэн, не способствуя разрешению ситуации.

Ханна же принялась похлопывать по перине с видом непреклонного командира.

— Ложись, кузина. Обещаю, что к утру страсть между Пэном и Банши не угаснет. Прислушайся к Мэттью. Ему отлично известно, что такое получить ранение, вроде твоего, и как их лечить.

— Но…

Ханна обрушила на подушку, набитую гагачьим пухом, очередной устрашающий удар. Шарлотта с округлившимися глазами уставилась на кузину, оценивая ее непреклонное выражение лица, затем испустила ребяческий вздох и драматично откинулась на кровать, пискнув от боли.