Книга Расследование леди Ловетт, страница 34 – Вайолет Марш

— А я по-прежнему боюсь находиться в карете моей семьи, когда солнце садится, – с преувеличенной дрожью в голосе добавила другая девушка. – В последнее время на дорогах совершается так много грабежей.

— Лично я бы не возражала, если бы меня остановил этот красавец-грабитель, о котором все судачат, – хихикнула блондинка. – Я узнала от мисс Аптон, которая услышала от леди Анны, с которой поделилась мисс Льюис, что он очень хорош собой. У этого негодяя невероятно привлекательное лицо – по крайней мере, та часть, что видна из-под полумаски.

— Нельзя романтизировать бандитов, – сурово заметила леди Шарлотта. – Разве этот разговор не начался с трагедии, постигшей бедную леди Хаттиглен?

Блондинка озадаченно поднесла веер к губам.

— Да, но неужели мужчина, столь ловко бросающий вызов опасностям, не привлекает внимание? Я понимаю, почему ваша тетя…

— Леди, я полагаю, ваши матери заждались вас, – разговор прервал раздавшийся голос герцогини Фалькондейл. Несмотря на приятный, мягкий тон, он звучал остро, словно бритва. – И, пожалуйста, не забывайте о правилах моего салона. Мы не обсуждаем подобные неприятные вещи и не восхваляем преступность.

Сквозь толпу собравшихся молодых дам пронеслись в унисон «да, ваша светлость» и «мы просим прощения, ваша светлость». После чего они поспешили разойтись.

Герцогиня Фалькондейл схватила Шарлотту за руку. Хотя движение получилось изящным, но Мэттью не понравилось, как под пальцами ее матери смялся рукав Шарлотты. С какой силой женщина удерживала свою дочь?

Мэттью начал пятиться вперед, прикидывая на ходу, как вызволить леди Шарлотту, не поставив ее в неловкое положение. Он не обладал никакой сноровкой, позволяющей разрешить сложившуюся ситуацию. Инстинкт велел ему забрать девушку и вывести из комнаты, но он понимал, что это причинит непоправимый вред ее репутации.

К счастью, не успел он сделать и двух шагов, как герцогиня разжала хватку. Теперь, когда леди Шарлотте больше не требовалась его помощь, Мэттью постарался скрыться в тени, пока мать и дочь прощались с последними гостями. Хоули, слава Богу, уже давно уехал. Оставшийся Александр встал рядом с Мэттью подле горшка с растением.

— Нам лучше не уходить и спасти Лотти, – тихо проговорил Александр. – Иначе матушка устроит ей взбучку.

— Из-за этих пустоголовых девиц, разглагольствующих о разбойниках? – поинтересовался Мэттью, чувствуя, как его охватывает беспокойство. – Вряд ли леди Шарлотта ответственна за их глупости. Она сама пыталась прервать разговор.

— Для матушки это не играет никакой роли. – Тяжело вздохнув, Александр провел пальцами по набалдашнику трости, на котором красовался сражавшийся Геракл с Немейским львом. – Всякий раз, стоит сестре самой вести дискуссию в салоне, как после матушка подолгу читает Лотти морали. То же происходит и на каждом балу. В те несколько раз, пока я ехал с ними домой, матушка всю дорогу разбирала действия сестры. Она получает удовольствие от перечисления совершенных ею изъянов.

Наблюдая за леди Шарлоттой и герцогиней, Мэттью сжал челюсти. Ему давно было известно, что родители Александра непрестанно критиковали лучшего друга, но он и не подозревал, что его сестра подвергалась аналогичному обращению. В душе Мэттью взревели разочарование и чувство несправедливости. Близнецы были двумя самыми замечательными людьми, которых ему когда-либо доводилось встречать. Единственные, кто действительно заслуживали порицания – это Фалькондейл и его жена.