Книга За спиной войны, страница 79 – Александр Тамоников

— И что же вы предлагаете?

— Я пойду в тот лес завтра ночью и узнаю, что он там хранит. Не знаю, как вы, но можете пойти вместе со мной, — я примерно знаю, где это место и как до него добраться, — так что надеюсь, что все ловушки успеем обойти.

— Там могут быть точно так же и мины… Насколько я знаю, в Смоленске катастрофически не хватает саперов, которые могли бы разминировать все, что оставила после себя война…

— Мы будем осторожны, — усмехнувшись, ответил Петр. — И раз вы говорите об этом, то я так понимаю, что это «да» — вы решили пойти со мной. Хорошо.

Он поднялся из-за стола и собрал чашки. Вслед за ним встал и Крылов. Он похлопал по карманам брюк и достал портсигар. Видя, что он хочет закурить, хозяин дома произнес:

— Можете не стесняться и курить здесь. На улицу лучше не выходить в комендантский час — всякое бывает.

— Вы как будто не можете отвыкнуть от немецкой диктатуры, — улыбнувшись, ответил Виктор и сунул в зубы сигарету. Он развернулся спиной к замолчавшему Петру и пошел в свою комнату.

— Доброй ночи, — послышался из-за спины голос.

— И вам, Петр. И вам, — выдохнув, ответил Крылов и закрыл за собой дверь.

Оказавшись наедине с собой в комнатке, капитан первым делом действительно выкурил сигарету. От этой привычки он старался избавиться, но в какие-то напряженные моменты его мозг вновь напоминал ему о том, что где-то там в кармане лежит портсигар, подаренный ему когда-то очень давно начальством, и Виктор снова тянулся к табаку. Плохая привычка. Он это знал и прекрасно понимал, но, как и бывает всегда с вредными привычками, очень тяжело от нее отвыкал.

Сев на кровать, Виктор достал из сумки записную книжку. Он уже давно не делал там записей… И последняя была про Соколова. Теперь же, взяв карандаш, Виктор решил сделать очередную заметку:

«Клад Яновецкого в лесу. Оружие? Станция радио? Численность группировки — 7–10 человек, включая Гр., Василия Гновича, Соколова и других».

Пролистав странички дневника, Крылов заметил, что в последнее время стал более многословен с другими людьми, нежели со своей записной книжкой. А ведь раньше было наоборот: он держался одиноким волком и не подпускал никого ни к себе, ни к своим размышлениям. Похоже, что первое серьезное дело меняет все… В том числе и откровения с самим собой.

Виктор спрятал записную книжку обратно в полевую сумку и лег на кровать, вытянув ноги.

«Как же хорошо… — подумал он, положив руку за голову и глядя в потолок на пыльную лампочку. — Сто лет не было так хорошо, и все же наличие кровати так много меняет в жизни». Засыпая, Крылов еще раз подумал о своей группе. Его в самом деле волновала судьба Ани, Вани… Ему было интересно, в безопасности ли они. Ну, Ваня — понятно. Он сидел дома и должен был следить за немецким эфиром и проведывать Аню. А сама Аня? В порядке ли она? Убедительно ли прозвучала ее легенда и получилось ли узнать еще что-то о Соколове?

На следующий день Петр и правда выполнил свое обещание — начал к чему-то готовиться. Он выложил фонарик из какого-то мешка, достал карту и наполнил железную флягу водой. Когда на часах Виктора стрелки приблизились к полуночи — он в это время сидел вместе с Петром в одной комнате, — хозяин дома поднялся и посмотрел на него.

— Пора, — кратко произнес он. — Вы готовы?