Книга Негодяй, страница 59 – Бернард Корнуэлл

— А сколько вы платите Патрику за аренду дома? – спросил я.

— А разве это ваше дело? – вспылила она.

— Это мой дом, черт побери! – огрызнулся я в ответ. – И если мой проклятый шурин сдает мой дом какой-то чертовой девице, то это, черт побери, мое дело.

— Никакая я не девица! – воскликнула Сара Син Теннисон во внезапном приступе возмущения и враждебности. Ей, конечно, могло не понравиться, что ее разбудили среди ночи, но характер у нее, по-видимому, не сахарный, это уж точно. – Я не девица, я женщина, мистер Шэннен, если вы не желаете, чтобы я называла вас «парень».

О господи, подумал я, что за глупости. В старой Европе этого нет. Но я был избавлен от дальнейшего скучного лингвистического диспута – дверь кухни внезапно распахнулась, и вошел Тед Никкерсон с телефонным аппаратом в руке.

— Пол!

— Да, Тед?

— Я говорил с человеком по имени Джиллспай, Питер Джиллспай. Это имя говорит что-нибудь тебе?

— Абсолютно ничего, – искренне ответил я.

Никкерсон смотрел подозрительно с того момента, как опознал меня, а теперь его удивление, по-видимому, усилилось.

— Он говорит, что ожидал встретить тебя в Европе. Может, это что-нибудь значит?

Боже мой, подумал я, ЦРУ гораздо проворнее, чем я предполагал. Они отозвались на мое предупреждение и объявили тревогу.

— Нас предупредили, что ты можешь появиться, уже два дня тому назад, Пол, – сказал Тед Никкерсон.

— Скажи, что я позвоню ему через пару недель.

Тед покачал головой.

— Я получил приказ задержать тебя, Пол. В порядке защитной охраны. – Свободной рукой он потянулся к кобуре пистолета.

Сара Син Теннисон, увидев это, ахнула.

Я поднял руки умоляющим жестом.

— Хорошо, Тед, давай не будем устраивать сцен.

— Это не арест, Пол, – успокоил он меня. – Просто ты находишься под защитой полиции. – Он взял телефонную трубку и сказал тому, кто находился на другом конце провода, что я в порядке и в надежном месте.

Это означало, что я попал в мышеловку.

Встреча с Питером Джиллспаем состоялась на следующее утро. Он прибыл в полицейский участок со Стюартом Каллагеном, агентом, который должен будет меня охранять.

— Мы полагаем, кто-то может пожелать, чтобы вы замолчали, – так объяснил Джиллспай присутствие телохранителя. – Эти ребята с ракетами, не так ли?

— Думаю, они могут попытаться, – сказал я, хотя, правду сказать, я подозревал, что этих людей больше беспокоит судьба пяти миллионов долларов золотом, выделенных для покупки ракет «Стингер».

— Вы уже позавтракали, мистер Шэннен? – спросил Джиллспай после того, как тщательно ознакомил меня со своими документами.

— Да, конечно.

— Тогда, если вы готовы… – Ему не терпелось приступить к опросу. Я был хранителем многих секретных данных, которые должны значительно пополнить банк данных ЦРУ. – Нас ждет самолет в аэропорту в Хианнисе. – Джиллспай норовил увлечь меня к двери.

— Постойте! – запротестовал я. Еще не было восьми утра, я едва урвал часа два беспокойного сна в камере полицейского отделения и был чертовски раздражен. – Я должен до отъезда поговорить кое с кем. Я хочу позвонить по телефону, а затем мне нужно попасть домой.

— Если вам нужна бритва или зубная щетка… – начал Джиллспай.

— Мне нужно позвонить по телефону, – прервал я его, – а затем побывать дома.

Джиллспай был недоволен, но не знал, как лучше обращаться со мной. Я был весьма необычной персоной, меня не арестовали, хотя и заперли на всю ночь в камере. Он мог предполагать, что я сотрудник ЦРУ, и в то же время я явился из темного и неизведанного мира международного терроризма, что добавило мне таинственности – а вдруг я стал таким же, как и те мстительные создания, выходцы из трущоб и лагерей беженцев старого мира. Джиллспай, прямой как стрела, высокий, подтянутый, чрезвычайно вежливый и деловитый, очень не хотел подпускать меня к телефону, но, видя мою решимость, махнул рукой, указав на аппарат.