Книга Негодяй, страница 61 – Бернард Корнуэлл

Сара Теннисон сдержанно улыбнулась.

— Вы всегда входите в чужой дом, не постучавшись?

— Это мой дом, – возразил я.

— Как приятно, что у нас здесь живет художник, правда? – Джонни попытался разрядить обстановку. Он показал рукой на произведения Сары Теннисон, на которых был изображен главным образом маяк Наузет, написанный в таких темных тонах, что смахивал скорее на сторожевую башню в преисподней. – Я рассказывал, как меня пытались научить рисовать в школе. Напрасный труд! Я не мог нарисовать простую коробку, и даже с помощью линейки. А, доброе утро, мистер. – Это приветствие было адресовано Джиллспаю, который вошел в дом.

Я утащил Джонни на кухню, прежде чем он начал общий разговор о погоде, о рыбной ловле и о прибрежной местности.

— Вы чувствуете себя непринужденно в моем доме, Шэннен, не так ли? – съязвила мне вслед Сара Син Теннисон.

— Мистер Шэннен! – всполошился Джиллспай, видимо беспокоясь, как бы я не удрал через заднюю дверь.

— У нас с ним семейные дела, – сказал я твердо и захлопнул за собой дверь.

— Что здесь происходит? – спросил меня Джонни. – Она сказала мне, что арендует дом. Я знал, что она время от времени появляется здесь, думал, она просто снимает дом на уик-энды. Но я не видел Морин уже несколько месяцев и поэтому не мог ее спросить. Муж Морин иногда приезжает сюда, но…

— Все это не важно, – прервал я Джонни. В моем распоряжении было всего несколько минут, пока Джиллспай не явился за мной, и я не мог терять ни одной. – Слушай, – сказал я Джонни, – на твое имя должно прибыть судно. Оно послано из Испании, я адресовал его тебе. Оно будет доставлено палубным грузом из Барселоны. Тебе позвонит таможенный агент из Бостона. Я не знаю, когда оно прибудет, по всей вероятности, через шесть-семь недель. Понятно? Платить таможенный сбор не надо, поскольку оно зарегистрировано в Массачусетсе. Вот бумаги на судно. – Я вынул документы на «Мятежную леди» из кармана куртки и сунул их в руку остолбеневшему Джонни. – Если возникнут какие-нибудь проблемы, вот это поможет тебе. – Я протянул пачку стодолларовых бумажек: я закрыл свой банковский счет в Бельгии. – За доставку уплачено, но тебе придется нанять большой кран, чтобы сгрузить его с машины. – Я добавил еще несколько банкнотов. – Судно весит почти восемнадцать тонн. Не спрашивай меня, почему оно такое тяжелое, вероятно, его прежний владелец боялся, что оно перевернется при сильном ветре. Фамилия нового владельца указана в документах, и он просил тебя позаботиться о доставке, понимаешь? Ты дал согласие хранить его здесь зимой.

Джонни перетасовал стодолларовые бумажки и посмотрел на меня очень неодобрительно.

— Это не наркотики, Пол, а? Потому что если наркотики, то я тебе не помощник. И не проси меня, бесполезно. – Он протянул деньги мне обратно.

Я оттолкнул их.

— Клянусь богом, Джонни, это не имеет никакого отношения к наркотикам. Клянусь могилой своей матери – на судне нет ничего незаконного.

— Ничего? – Он все еще колебался.

— На судне спрятано золото, – неохотно признался я, – и именно поэтому я не хочу, чтобы кто-нибудь знал об этом. Если тебя будут спрашивать, о чем мы здесь разговаривали, то скажи, что согласился присматривать за домом в мое отсутствие. Понял, Джонни? О судне – молчок.