Книга Кровавый навет, страница 156 – Сандра Аса

Стены сотряслись от сильнейшего удара.

— Боже правый! – воскликнул Себастьян, выходя в прихожую. – Они вышибут дверь.

— Матушка, что происходит? – пробормотал Алонсо, когда отец исчез.

— Слушай меня внимательно, сынок, у нас всего несколько минут. – Маргарита надела ему на шею медальон и прикрыла одеждой. – Произошло недоразумение, которое очень скоро выяснится. Тем не менее я хочу передать тебе это.

— Медальон? А почему сейчас?

— Потому что он принадлежит тебе, дорогой. Никогда его не снимай. И никому не показывай… кроме одного человека.

— Что это за человек? – переспросил Алонсо со все возраставшей растерянностью.

От нового удара в дверь Маргарита вздрогнула. Перед ней стояла непростая задача, и она медлила. Она не решалась открыть Алонсо жгучую тайну, но внутренний голос подсказывал, что другой такой возможности не представится. Но что, если смятение толкнет ее на необдуманный поступок и она совершит непоправимую ошибку?

Быть может, лучше не торопиться. Она не могла вот так вот взять и рассказать Алонсо, что Себастьян ему не отец: это повлекло бы за собой неизвестно какие последствия. Вернувшись домой на другой день, она уже не обнаружит прежнего мирного очага, сотворенного с таким трудом, если же она не вернется, мальчику придется переносить удар в одиночестве.

В конце концов, она решила ограничиться намеком: сильнейшее предчувствие подсказывало что, если смутные опасения оправдаются, судьба приведет Алонсо к нему.

— Отвечайте, матушка. Кому я должен передать медальон?

— Кое-кому особенному. Не бойся. Как только ты увидишь этого человека, твое сердце укажет на него. Будь рядом с ним и не суди о том, что он сделал.

— Что сделал этот человек, которого я не должен судить? – озадаченно пробормотал Алонсо. – О чем вы, ради Бога? Я ничего не понимаю!

— Ты и не должен ничего понимать, сынок, лишь запоминать, – проговорила Маргарита. – Пообещай, что не забудешь моих слов. Пообещай, Алонсо! Ты обязательно должен запомнить то, что я тебе сказала.

— Конечно, матушка. Я все запомню. Я передам медальон тому человеку, на которого мне укажет сердце.

— Быстрее, Маргарита! – воскликнул Себастьян, вернувшийся из прихожей. – Дверь вот-вот не выдержит. Дети должны уходить.

Стараясь сдержать слезы, Маргарита намотала четки на запястье Диего и погладила его по головке.

— Прощай, малыш. Да хранит тебя Пресвятая Дева.

Затем обняла Алонсо, который в предчувствии разлуки съежился и задрожал.

— Вы ведь вернетесь, правда? Вы с отцом… вернетесь?

— Конечно, мой дорогой. Через несколько часов мы снова будем вместе.

— Через сколько? – в отчаянии выдавил Алонсо.

— Маргарита! – вскричал Себастьян, будучи вне себя. – Они должны уйти сейчас же.

— Я люблю тебя всей душой, сынок, – прошептала женщина, задыхаясь от тоски. – Береги себя, умоляю, и не позволяй, чтобы с твоим братом случилось плохое. А теперь беги. Беги!

Алонсо побежал в кухонный двор и через проем в стене выскочил на улицу.

Как раз в этот момент сильнейший удар выбил дверь.

Мальчик в ужасе укрыл Диего плащом и притаился на углу.

* * *

— «Град Мадрид, двадцать третье декабря тысяча шестьсот двадцатого года от Рождества Христова, – зачитал альгвасил. – Дон Гаспар Баррионуэво де Перальта, представитель инквизиции при дворе, приказывает арестовать Себастьяна Кастро и Маргариту Карвахаль в соответствии с процессуальными нормами, касающимися приведения в исполнение приговоров Священного трибунала».